|
Когда он, будучи всё время пьяным, успевал чинить нам снаряжение, оставалось загадкой для всех, но работал засранец исправно, так что к его пристрастию никто особо не придирался. Роберт что-то тихо насвистывал себе под нос — должно быть, сочинял мотив к какой-нибудь новой песне. В последнее время бард снова углубился в творчество. Сказывалась небольшая численность женщин в отряде, с каждой из которых он уже или успел, или хотя бы попытался. Родрик — тот самый учёный, присоединившийся к отряду в столице, сидел и ковырялся в какой-то металлической коробочке. Наверняка одно из новых изобретений. Его фонари с направленным лучом света здорово помогли нам в катакомбах.
За столом сидел ещё один человек, пожелавший присутствовать на нашем собрании. Барон расположился с противоположного его края. На первый взгляд казалось, что он дремал, но если немного приглядеться, то становилось понятно, что он внимательно следил за всеми из-за полуопущенных век.
— Начнём, пожалуй, — нарочито громко сказал я, садясь за стол. Айлин заняла стул рядом, — Болек, что у нас по деньгам на данный момент?
— Так… — старик начал перелистывать страницы своего гроссбуха. В воздухе повисла неловкая тишина, — Одиннадцать серебра, одна бронза, две меди…
— Всё-всё, достаточно. Мелочёвка меня не интересует, — оборвал его я, — Говоря проще, довольно много, если не тратить на пустяки. Бернард?
— Шестьдесят человек в строю. Восемь лечатся. Один наверняка останется калекой, хотя наши временные попутчики над ним и работают. — коротко отрапортовал сержант, — Тридцать четыре в первой линии и двадцать шесть во второй. Если не считать женского взвода, конечно.
— Понятно, — кивнул я, — Боюсь, два последних боя наглядно показали, что нам нужно внести коррективы в построение и существенно увеличить численность солдат. Нужна ещё одна линия, вооружённая длинным древковым оружием. Стрелков отодвинем в третий ряд, а этих ребят поставим сразу за первой линией. Роберт…
Бард даже не повернул головы в мою сторону. Сидел и продолжал что-то насвистывать себе под нос, погруженный в свои мысли. Ну ёп твою мать, у нас сегодня гости, а ты засранец, решил меня опозорить.
Я ухмыльнулся, затем демонстративно размахнулся и со всей силы грохнул кулаком по столу. Стоявший рядом глиняный кувшин подпрыгнул. Послышался тихий всплеск воды. Гулкое эхо удара отразилось от стен и растворилось в сгустившейся тишине.
— Извини, о своём задумался, — спешно ответил бард, — Так о чём это мы?
— О том, что завтра ты возьмёшь несколько крепких ребят себе в сопровождение и пойдёшь в деревню. Оценишь, насколько там можно вообще развернуть вербовочную кампанию. Судя по тому, что рассказал нам генерал, всякого рода авантюристов, умеющих держать в руках оружие, среди местных, должно быть, в избытке, — я выдержал небольшую паузу и добавил, — В этот раз людей нужно много. Тридцать, а то и сорок человек.
— Сомневаюсь, что в этой деревеньке я смогу найти столько, — покачал головой бард, — Их и в городах-то собирать было непросто, а тут какое-то захолустье.
— Из которого ты постараешься выжать максимум, — оборвал дискуссию я, — Тур, Алфрид. Новых людей нужно будет вооружить. С древками для оружия вы, полагаю, справитесь и сами.
— Справимся, — кивнул здоровяк, — Ты только с десяток ребят в ближайший лес отправь, на заготовки, а я уж обработаю то, что они нарубят.
— Хорошо, — кивнул я, — Алфрид, за навершиями для пик и гвизарм обратись к кастеляйну крепости. Мы сегодня немало этого добра привезли с поля боя. Оно, конечно, уже тронуто ржой, но, думаю, ты сможешь привести это дело в порядок.
— Что-нибудь… — кузнец шумно выдохнул и приложился прямо к глиняному кувшину с водой, — Придумаю. |