– Я всегда полагала, что без любви удачный брак невозможен. По крайней мере так втолковывал мне дедушка.

– А ваш батюшка? Он-то что говорил?

– Я была совсем девочкой, когда он умер. Все, что я помню. Это как он старался прочитать все до единой книги в дедушкиной библиотеке. А еще… он неважно себя чувствовал несколько лет перед смертью.

Не только нездоров, но и несчастен, вот как все было, хотя он старался не подавать виду. А Шарлотта… Бет помнила, что мачеха частенько выходила к обеду с заплаканными глазами. Казалось, ее постоянно что-то угнетает. Бет гадала, не вышло ли у нее разлада в отношениях с отцом. Тогда многое бы встало на свои места.

Однажды она даже отважилась спросить об этом деда. Тот ответил, что отец все еще любит мать Бет и ему не стоило так поспешно искать ей замену. И уж тем более для этого не годилась недалекая простушка Шарлотта. Бет коробило дедушкино мнение насчет мачехи, хотя иногда она думала, что он прав. Отец просто умирал от одиночества, вот и женился на особе, которая пришлась не ко двору в доме Мессингейлов.

– Любовь там или нет, но можно многое сказать в пользу брака, – веско заметила Анни.

– Что, к примеру?

Мужчина дает свое имя детям.

– Знаю, знаю! Это мне понятно. А кроме этого?

Анни решительно опустила щетку на туалетный столик.

– Вы не понимаете, зачем люди женятся? Так ведь им велел сам Господь Бог!

– Без любви?

– Любовь придет, а может, и нет. Все равно, если он достойный муж, а вы хорошая жена, вам вместе будет неплохо. Стерпится – слюбится.

Не очень обнадеживающе, подумала Бет. Стерпится! Совсем не так хотелось ей прожить жизнь. Хотя… Чего бы она желала получить от жизни? Она не знала. Но уж точно не это.

Анни фыркнула:

– Сколько раз выходила замуж, а любила сама лишь однажды. Когда повстречала своего третьего мужа, Оливера Макоуана. Вот это была любовь!

– Не он ли умер, когда пас свиней и они его съели?

– Нет-нет. Все было не так. Свиньи ни при чем. Оливер съел несвежую колбасу, вот что его погубило. Не дай кому Бог так помереть, скажу я вам.

– Даже не могу представить, что такое случается. – Бет размышляла, как бы это было – жить замужем за Уэстервиллом? Конечно, у них была бы страсть. Ее в дрожь бросало каждый раз, когда виконт оказывался рядом. Наверняка он чувствует то же самое! Но что еще? Возможно, у них похожее чувство юмора. Вчера она это заметила. А больше ничего.

Вот еще причина, чтобы провести с ним часок, решила Бет. Просто доказать самой себе, что он не из тех мужчин, за кого следует выходить замуж. Она улыбнулась. Какая чепуха! Ей и без того известно, что смуглый и опасный виконт Уэстервилл не годится в мужья. Зато он почему-то интересуется дедушкой.

Часы пробили четверть. Бет взглянула на часы. Если она пойдет на встречу, рискует репутацией. Останется дома – никогда не узнает, не затевает ли Уэстервилл что-то против дедушки.

Она посмотрела на горничную:

– Анни, схожу-ка я сегодня в музей.

– В музей? Опять? Вы были там неделю назад.

– Там новая выставка.

Анни покачала головой:

– Не пойму, что вы находите в том, чтобы глазеть на вещи, хозяева которых умерли давным-давно. Но вам, кажется, это очень нравится.

– Я люблю бывать в музее.

– Тогда бегом отсюда. – Анни принялась расставлять флакончики на туалетном столике. – И не забывайте почаще улыбаться. Мужчинам нравятся белые зубки.

– Разве я сказала, что меня ждет мужчина? Я просто иду в музей. – Бет встала.