Разбираясь с парнем, я заметил, что за моими действиями не без интереса наблюдали два джентльмена, однако в тот момент я не мог уделить им внимания. Меня всецело занимал этот воришка, который, как я и предполагал; был чрезвычайно молод. Кроме того, он был худ, плохо одет и от него очень дурно пахло.

– Тебе что‑то нужно в моем кошельке, так? – спросил я.

Должен признать, что его самообладание произвело на меня впечатление.

– Ага. А что у тебя есть?

Я отпустил его, сделал шаг назад и открыл кошелек.

– Вот два пенса, – сказал я. – Я хочу, чтобы ты выполнил мое поручение. Выполнишь его хорошо – получишь шиллинг.

Он медленно повернулся ко мне:

– Хорошо, сэр. Дайте взглянуть на деньги. Один из наблюдавших джентльменов закричал:

– Вы ведь не собираетесь его отпустить, нет?

– Если вам так хочется, чтобы его арестовали, почему вы не пришли мне на помощь? – отозвался я.

– Меня не интересовал его арест вообще. Мне было нужно, чтобы вы его арестовали. Я сделал ставку на это.

– Не хнычь, – вмешался его приятель. – Ты проиграл, Гарри. Теперь плати.

Вот таких джентльменов можно встретить у «Шоколадного дома Уайта».

Я снова повернулся к мальчику, снабдив его адресом Элиаса и короткой запиской. Он убежал, а я стал надеяться, что он вернется за шиллингом, не удовольствовавшись двумя пенсами. Я рассчитывал, что Элиас будет дома, полагая, что после недавнего празднования у него в карманах пусто и по крайней мере в течение недели он будет проводить вечера у миссис Генри. В ожидании малолетнего грабителя я не сводил глаз с двери заведения, чтобы не пропустить мистера Делони, если тот выйдет. Я также смотрел по сторонам, не желая попасть впросак во второй раз. Казалось, прошла целая вечность, пока я шагал взад‑вперед по Сент‑Джеймс‑стрит, наблюдая, как по мере сгущения сумерек прохожие в районе Ковент‑Гардена приобретали все более подозрительный и неприглядный вид. Наконец спустя час появился Элиас, за которым следовал мальчик.

– Где мой шиллинг? – потребовал малолетний грабитель.

– А где мой шиллинг? – вторил ему Элиас. – Мне полагается вознаграждение за подобное упражнение.

Я бросил шиллинг мальчишке.

– А шпага? – спросил он.

– Ты станешь использовать ее для грабежа, а учитывая твои способности, скоро закончишь свои дни на виселице.

– По крайней мере она не даст мне помереть с голоду, – сказал он дерзко.

– Справедливо, – согласился я и бросил ему его оружие. Поймать его было несложно, но он не поймал, и шпага ударилась о землю.

Я повернулся к Элиасу:

– Мне пришло в голову заглянуть к Уайту, и я решил, что лучшего компаньона, чем ты, для этого не сыскать.

Он захлопал в ладоши, как ребенок.

– Великолепная новость! Уверен, ты понимаешь: в заведении Уайта нужны деньги. Или скажем иначе, – сказал он с ухмылкой, – у одного, вероятнее всего, есть деньги, но деньги потребуются обоим.

– Я плачу, – заверил я его.

– Служить тебе, Уивер, одно удовольствие. Позволь познакомить тебя с главной игорной академией Лондона.

Я уплатил небольшую входную плату за нас обоих, и мы окунулись в игорный мир Лондона: Места, подобные заведению Уайта, с их атмосферой безрассудства, радости и ожидания, представляют собой Биржевую улицу в миниатюре. Действительно, за карточным столиком за один вечер можно выиграть или, вероятнее того, проиграть столько же, сколько за целый биржевой сезон.