— Но как же так? И… Мы должны немедленно пожениться!
— Поблизости нет никакого Бюро регистрации, — напомнил Найл. — Более того, в том городе, где я правлю, жениться совсем необязательно. У нас живут свободные граждане, и они вступают в свободные отношения. Так удобнее и проще для всех. Те, кто хотят — долго живут вместе, те, кто не хочет — не живут.
— Но дети?
— Ты можешь сама воспитывать ребенка, а можешь отдать нянькам. Опять же все оставляется на усмотрение матери. И тебе никто не будет запрещать встречаться со столькими мужчинами, со сколькими ты захочешь.
— А я буду беременеть от каждого?
— Это совсем необязательно, — ответил Найл и снова притянул Габриэлу к себе, накрывая ее губы своими.
Они еще долго наслаждались обществом друг друга — пока солнце не начало клониться к горизонту. Следовало перебираться на другой берег, быстро поужинать и ждать появления человекообразных. Габриэла с Найлом прыгнули в воду, быстро доплыли до своего берега и…
— А где наша одежда? — воскликнула девушка, оглядываясь по сторонам.
Насколько помнил Найл, они оставляли свои вещи в одном месте кучкой, но теперь там ничего не лежало. Или это шутка Энны? От девушки, родившейся в подземельях, можно было всего ожидать. На всякий случай Посланник Богини с Габриэлой все-таки осмотрели все вокруг, но так и не нашли ничего из своих вещей. Следовало двигаться к поляне — бывшему месту стоянки человекообразных.
— Мы что, так и пойдем обнаженными? — в ужасе спросила Габриэла. — Но там же Энна и Курт! И эти маленькие паучки! — Гигантских пауков из своего города она не вспомнила, как отметил Посланник Богини. Или не воспринимала их всерьез?
— Никто из них не увидит ничего нового, — заметил Найл. — Но если хочешь, можно связать какую-нибудь набедренную повязку из травы.
— Я не умею вязать!
— Значит, пошли так.
При виде обнаженных Найла и Габриэлы Курт вежливо отвернулся, Энна же с усмешкой спросила, не собирается ли теперь Посланник Богини уподобляться примеру человекообразных. Он же любит изучать обычаи и традиции новых земель, в которые попадает. Теперь что, все будем ходить голыми?
— У нас украли одежду, — сказал Найл.
Энна с Куртом застыли на своих местах. В это мгновение в низком кустарнике, окружающем поляну с двух сторон, послышался какой-то шум и горловые трубные звуки.
— Кто это? — прошептала Габриэла.
Найл незамедлительно отправил в кусты ментальный щуп и рассмеялся: по кустарнику следовала стайка птиц, величиной с кур. Перья у птичек лежали аккуратно, окрас был серовато-сизым с мелкими, как бисер, желтоватыми пятнышками, хвост висел, тело было округло-вытянутое, шея тонкая, на головах имелся некий вырост, чем-то неуловимо похожий на маленький рог. Ноги птиц показались Найлу удивительно крепкими. Или эти твари предпочитают ходить, а не летать?
По пути стайка хватала мелких насекомых, откусывала попадавшиеся на кустах ягоды, периодически птицы издавали трубные горловые звуки, таким образом переговариваясь друг с другом. Ничего похожего на квохтанье из их глоток не вылетало. Их насчитывалось штук пятнадцать-двадцать, вел стайку старый опытный петух. Найл обратил внимание на ровный птичий ряд: они шли в кустах цепочкой, выстроившись в спину друг другу, словно индейцы на тропе войны. «Вот и ужин сам пришел", — подумал Найл. Следовало поймать пару птичек и зажарить.
Посланник Богини запустил ментальный щуп в голову последней птице и велел ей выйти на поляну. Сам Найл сделал несколько шагов в ее сторону. Птица вышла и далась в руки. Из кустов тут же послышалось шипение, напоминающее шипение точильного камня, а затем треск — это остальные члены стаи бросились врассыпную. |