|
.. Вторая обходная группа состояла из кавалеристов, которыми командовал командир 4-й сотни 16-го кавполка Зацепин. Этому отряду, согласно плану операции по взятию Айдына, предписывалось зайти в тыл деникинских войск, перерезать коммуникации противника, задержать возможную переброску подкрепления со стороны Красноводска и преследовать его отступающие части. Сам Куйбышев, находясь при штабе командующего Закаспийским фронтом, был в первой обходной группе. В шинели и шлеме-богатырке шагал он рядом с красноармейцами, разделяя вместе с ними все невзгоды. Напрасно Сергей Тимошков и Николай Паскуцкий предлагали ему отдохнуть в большеколесной арбе или сесть на верблюда, - он лишь отшучивался. Шел пешком, и лишь когда это требовалось, садился на коня и ехал вдоль растянувшегося на несколько верст войска, подбадривая уставших бойцов. Через двое суток обходная группа достигла подножия горного хребта Малый Балхан.
Из Каракумов дул сильный ветер, и, казалось, темная голая гора от того и стоит голой, что постоянные сильные ветры срывают с нее растительность. Расположившись лагерем, красноармейцы, валясь с ног от усталости, потянулись к баклажкам с водой, к последним сухарикам. Провианта было взято в дорогу ровно на двое суток, и он иссяк. Медлить нельзя. Только при условии взятия Айдына можно запастись продовольствием, захватив его у белых, или подтянув свои тылы по железной дороге. Отступление равнялось смерти от жажды и голода. Бойцы знали и ни на минуту не забывали об этом. Кратковременный привал подходил к концу - командиры уже беспокойно посматривали на стрелки часов, как вдруг по лагерю прокатилось короткое и тревожное слово «Белые!». Командиры припали к биноклям, но и невооруженным глазом многие заметили спускающуюся по склону горы конную разведку деникинцев. Вот разведчики остановились, и через мгновение-другое, круто развернув коней, поскакали обратно, спеша поскорее скрыться за холмом. Тимошков отдал приказ своей разведке догнать и захватить дозорную группу врага. Взвод конной разведки бросился в погоню. Куйбышев и Тимошков, не отрываясь от биноклей, следили за погоней. - У них свежие лошади, - сказал с досадой Куйбышев. - Они уходят, и нашим их не догнать. Ах, как это некстати. Теперь уже нам не удастся захватить деникинцев врасплох - внезапность удара утрачена. Но надо спешить. Товарищ Тимошков, объявляйте выход войск.
Обходная группа, почти не отдохнув, поспешила вслед - шли всю ночь, и лишь на утро достигли колодцев Шорджа. Местность была окутана туманом, в двадцати шагах ничего не видно. В такой обстановке легко потерять нужное направление. Не видно Балханских гор, неизвестно, в какой стороне от колодцев станция Айдын. Ясно лишь одно: обходная группа уже зашла в глубокий тыл врага, но чтобы выйти к станции, необходима еще одна разведка. Куйбышев подошел к Тимошкову: - Ну что, командарм, дай-ка мне человек двадцать разведчиков, самых надежных. Надо отыскать дорогу, иначе можно заблудиться. - Как?! Вы сами, Валериан Владимирович, хотите идти в разведку? - Тимошков удивленно посмотрел на Куйбышева. - Но это же... В таком тумане вы можете попасть в лапы врага. - Ничего, как-нибудь разберусь. Поживее, командарм... Самых опытных. - Срочно ко мне Русанова! - распорядился Тимошков. Вскоре подъехал командир отряда конной разведки. Куйбышев поздоровался, спросил о настроении бойцов. - Настроение бравое, товарищ Куйбышев. - Русанов, польщенный, что именно его отряду доверено столь ответственное задание, довольно улыбнулся: - Хлопцы у меня - будь здоров, можете не беспокоиться. - Ну, вот и хорошо, поехали... Еще в Казанджике, сдав санитарный поезд начальнику тыла, Лесовский с личного разрешения Паскуцкого присоединился к конной разведке Русанова и сейчас, когда отряд отправился на поиски кратчайшего пути к Айдыну, был рад, что опять он у дел, не пришлось осесть в кабинетном кресле земотдела. Николай Иванович ехал в первом ряду со своими друзьями - Бяшимом и Али Дженгом впереди, то и дело останавливаясь и совещаясь, - Куйбышев и Русанов. |
