-  Заряжай!

    "Если уж за что-то взялся, то, клянусь Мадонной, я доведу дело до конца!"

    "Насколько я успел изучить эту даму, она не настолько безумна, чтобы очертя голову бросаться на верную гибель, - думал Хиггинс, мрачнея. - У неё явно какой-то хитрый план, которого я, сухопутный человек, не могу пока разгадать… Ах, почему я не выбрал морскую службу!"

    Он перевёл взгляд с приближавшегося красно-белого республиканского флагмана на палубу "Сент-Джеймса". Матросы зарядили ружья и натянули вдоль борта абордажную сеть, дабы максимально осложнить пиратам остаток жизни. Посланная на смерть "Ирландия" начинает крениться, но всё ещё сражается с фортом. Лишь бы они продержались полчаса, а там всё будет кончено… Затем взгляд одного из лучших агентов секретной службы его величества снова вернулся к красно-белому кораблю. Форштевень странной формы - острый как клинок, обшитый медью - явно был одним из секретов высокой скорости кораблей новейшего типа. На английских верфях уже пытались воспроизвести нечто подобное. Пока не очень-то получалось: как сделают корабль с острым форштевнем, так он носом под воду и уходит. Со временем, конечно, секрет будет разгадан, и английские корабли сравняются в скорости с сен-доменгскими. Может быть, секрет ещё и в том, что нос новейших кораблей вытянут, а фок-мачта поставлена дальше от бушприта? Надо будет спросить у Грина.

    "Клинок, - подумал Хиггинс, глядя, как пиратский корабль преодолевает последний разделявший их кабельтов. - И в самом деле - он сейчас похож на острый тяжёлый топор, предназначенный для рубки дров… Топор… Дрова… Чёрт бы меня подрал, никакой это не абордаж!!!"

    Дельные мысли умных людей посещают как правило одновременно. Вон и Грин побледнел, словно привидение увидел.

    -  Ставить все паруса! - срывая голос, заорал старший помощник - ибо от адмирала в данный момент толку было как от козла молока. - Право руля! Разворачиваемся!… Канониры - все орудия правого борта - огонь!

    Легко сказать - ставить все паруса и разворачиваться. Это же не какой-то там дрянной фрегатик, это королевский линкор! Одна только постановка парусов - не меньше десяти минут, и то в самом лучшем случае. Матросы на реях и так делали всё возможное, чтобы выполнить приказ как можно скорее: никому не хотелось попадать пиратам на зуб… Корпус флагмана сотрясся: все уцелевшие пушки правого борта дали залп по пиратскому кораблю. Однако были целых две причины, по которым "Гардарика" не только осталась на плаву, но и отделалась незначительными повреждениями бака. Во-первых, сейчас она, развёрнутая к ним носом, представляла собой очень плохую мишень, а во-вторых, английские канониры и впрямь были из тех, что умеют попадать в движущуюся цель по большей части случайно. Если бы стреляли французы, голландцы или хотя бы испанцы, пиратам пришлось бы очень туго… На "Сент-Джеймсе" ещё не успели закрепить шкоты фока и грота, а "Гардарика", продолжавшая набирать скорость, приближалась ошеломляюще быстро. Тяжёлый линкор, напротив, двигался ошеломляюще медленно, словно в страшном сне…

    -  Расчистить бак!… Пушки закрепили?… Эй, на реях и на баке - всем убраться на шкафут! Приготовиться к удару!

    Таран! Приёмчик, которого в морских боях не применяли уже очень давно. Галка помнила один из главных устоев рукопашного боя: если перед тобой враг, а ты безоружен - сам сделайся оружием. "Гардарика" больше не могла стрелять. По крайней мере, из стальных пушек: нечем. Бронзовые снарядили только пороховыми ракетами да картечью.