-  На наркотики. Потом попала в тюрьму. Вышла. О родителях тут же вспомнила: за деньгами явилась. Не одна, с приятелями. Эту душераздирающую сцену я наблюдала своими глазами. Мне самой уже восемнадцатый год шёл, и к таким вот…гм…красоткам я относилась крайне отрицательно. Да и сейчас отношение не лучше. А мы ведь тогда к тётушке в гости всем семейством заявились - отец, мать и я… Ага, милый, ты уже понял, что случилось дальше. Картина маслом: выдворение блудной дочери и её великолепной компании. Батя первый пошёл на конфликт. Ещё и я до кучи подпряглась. Короче, скандал был ещё тот… Нет, Джек. Я боюсь, но уверена, что поступила правильно. Жано должен был всё узнать от меня, а не от кого-то чужого.

    -  Не рановато ли? Ему ещё восьми нет.

    -  Жано умный парень. В отличие от моей, мягко выражаясь, кузинки он думает не только о себе.

    -  Это результат воспитания, Эли, - мягко улыбнулся Джеймс. - Джону повезло с матерью.

    -  И с отцом тоже, не надо прибедняться, милый.

    -  Эли, прошу, не изводи себя, - во взгляде и в голосе Эшби чувствовался укор. - С тех пор, как мы отправились в Европу, ты только об этом и думаешь.

    -  Да, ты прав. Так недолго с ума сойти. Всё равно пока домой не вернёмся…

    -  Лучше скажи, пришло ли письмо от Николаса?

    -  Ещё нет. Потому мы тут до сих пор и торчим, - вздохнула Галка.

    -  Зачем ты отправила его в Москву? Прости, Эли, я не верю в то, что ты сделала это без некоего умысла. - Джеймс хорошо изучил свою драгоценную и нисколько не сомневался в положительном ответе. - Знаешь, что я об этом думаю? Ты вознамерилась изменить историю своей родины. Убрать некое лицо или наоборот - вывести на первые роли человека, по неким причинам устранённого от власти в твоём мире. Я не берусь судить, насколько хороша или плоха была история России, которую ты учила в школе, но как ты можешь быть уверена, что внесенные не без твоей помощи изменения дадут лучший результат?

    -  Я не уверена, Джек, - слабо, почти беспомощно улыбнулась Галка. - Может, станет лучше. А может, я так всё напорчу, что останется только застрелиться от стыда. Одно я знаю точно: так, как раньше, уже не будет. Если, конечно, Николас сумеет довести эту операцию до конца.

    -  Эли, ты невыносима, - Джеймс рассмеялся, и его смех был полон горечи. - Почему ты никогда не довольна окружающим тебя миром?

    -  Как ты однажды сам сказал, милый - я самый неудобный человек на свете, - Галка откинулась на спинку стула. - Такие, как я, всё время идут по лезвию ножа, и не могут выжить иначе, кроме как изменяя мир… Кстати, Жано не из таких. Он, как и Франсуа, всегда будет встречать любое изменение в штыки.

    -  Но так же, как и Франсуа, всё равно пойдёт по новому пути…

    4

    "Задуманное исполнено, - думал господин посол. - По крайней мере, первая часть. Но стоит ли этому радоваться - не знаю".

    Здешние жители не зря называют свою столицу "белокаменной". В этом Николас убедился ещё пятнадцать лет назад, когда приехал сюда впервые. И всюду церкви, церкви, церкви… Это почему-то напоминало Николасу Испанию. Насколько несхожи были между собой русские и испанцы, но две общие черты у этих народов предприимчивый голландец всё же подметил. И те, и другие были, на его взгляд, слишком набожны. И те, и другие верили, что они призваны совершать великие дела. Что ж, испанцы в своё время владели половиной мира. Сейчас их огромная империя рушится. Полномасштабной катастрофы - быстрого обрушения этой колоссальной постройки - испанцам удалось избежать, но Николас был уверен, что жить этой империи осталось недолго.