|
– Слушай внимательно. Загляни внутрь своего тела, говори с ним и не бойся, если оно тебе ответит. Представь, что ты пилот боевой машины, требующей ремонта. Ее можно ремонтировать извне, но хороший пилот может просто дать ей приказ, и она отремонтирует себя сама. Ты уже понял это, когда починил свой позвоночник и встал на ноги. Понял, но еще не осознал полностью. Закрой глаза и ощути потоки силы, которой пронизано Мироздание. Позволь им проникнуть в твое тело и излечить его от слабости. А я помогу.
Сил сопротивляться не было, ибо не знаю, как там насчет Мироздания, но мощь, исходящую от Савельева, я прям кожей ощущал. Будто в грозу возле ЗГРЛС «Дуга» стоял, которую многочисленными ослепительными ломаными линиями обвивают молнии аномальной энергии цвета чистого неба. Я закрыл глаза и почувствовал, как эта потусторонняя мощь, сконцентрировавшись в одной точке чуть ниже середины груди, словно просверливает, пробивает во мне путь для чего-то еще, намного более сильного… И когда я, вроде бы нормальный, логично рассуждающий, современный человек, не выдержав этого давления, перестал сопротивляться – тут оно и случилось. Возможно, если б автомобиль мог чувствовать, он бы испытывал то же самое, когда б у него одновременно заполняли бензином пустой бак, заряжали севший аккумулятор и надували компрессорами сдувшиеся шины на всех четырех колесах. Почему-то вспомнилась история об одном моем знакомом богатыре Илье Муромце, которого шайка Перехожих планомерно накачивала силой, при этом даже немного переборщив. Вот и в меня сила влилась потоком, разогнула мое тело, наполнила невиданной ранее мощью… Казалось, я голыми руками могу вырвать дерево, на которое только что опирался, и сломать его пополам. – Распределяй, – донесся до меня голос Савельева. – Соберись – и направь энергию куда нужно. Делай, иначе она сожжет тебя изнутри! Это непросто – собраться, когда тебя распирает бурлящее море, наполняя восторгом и ощущением всесокрушающей мощи. Но я сделал над собой усилие, сосредоточился – и она подчинилась. Послушно потекла в мою шею, по пути восстанавливая измотанные нервы, шлифуя кое-как сросшиеся надрывы мышечных волокон, растворяя межпозвонковые грыжи, нажитые многолетним тасканием на себе тяжелых рюкзаков и военного снаряжения… Но когда я начал вливать ее в свой кое-как восстановленный позвонок – да в свой ли? – она начала стремительно иссякать. Наверное, потому что работы было немало. Я чувствовал, что процесс идет, но даже энергия Мироздания, по ходу, не всесильна, ибо, думаю, реально непросто это – из чужеродной мертвой кости мутанта слепить годный позвонок для живого человека. И боль вернулась, кстати. У меня закончились силы ее блокировать. Восстановление отбирало всё до капли. Вновь я почувствовал дрожь в ногах и ощущение, что вот-вот рухну на землю. – Ясно, – проговорил Савельев. – Мироздание скупо на подарки даже для тех, кто ради него рискует жизнью. – Нормальная тема, – заметил Меченый. – Добро почти всегда воспринимается как должное, и при этом за него очень часто пытаются отомстить. – Не хотелось, но, видимо, придется, – сказал Савельев, и я услышал за спиной тихий шелест меча, покидающего ножны. – Голову ему отрубишь? – поинтересовался Меченый. – Одобряю. Уже полчаса смотрю, как он мучается, и, по ходу, все без толку. Закончи уж с этим, да пойдем помянем бедолагу. Есть у меня тут на примете один бар… Моей шеи коснулась ледяная сталь – и холод от нее мгновенно проник в мое тело. До кадыка достал, затылок заморозил, в плечи пробрался. Я хотел голову повернуть, но передумал: вдруг шея треснет и развалится, как подтаявшая сосулька? – Этот меч забрал много жизней, – сказал Японец. |
