Здесь кнопка вызова присутствовала – вмурованная в стену рядом со стеклом. Наемник нажал ее, и из глубин приемного пункта донеслось знакомое:

– Да-да, сейчас иду.

Правда, к ценному посетителю вышел не академик.

Это был профессор Кречетов, его помощник. Тоже в белом халате, только с лицом что-то не то. Будто его восковой пленкой покрыли. Желтоватое, гладкое, как у манекена, и немного подергивающееся местами. Незаметно так, будто изображение в старом телевизоре слегка сбивается от помех и тут же стабилизируется. И такого пивного живота у Кречетова вроде не было, хотя фиг его знает, давно его наемник не видел. Заказ пришел на КПК с аккаунта академика Захарова. Несложный. Купить товар и доставить, проще простого.

Обычно наемник за такое не брался, но уж больно сумма вознаграждения была привлекательная. И деньги на счет упали сразу – нормальный такой задаток плюс сумма на покупку. С недавних пор в Зоне торговцы свой банк организовали с возможностью перевода бабла туда-сюда. Удобно, конечно, хотя большинство сталкеров все равно предпочитали наличные. Наемнику же было до фонаря. Ну сопрут у него деньги со счета – подумаешь, потеря! Пошел да еще заработал, благо, в Зоне его знают и недостатка в заказах нет.

– Что-то ты долго, Шрам, – недовольно проговорил Кречетов голосом академика Захарова.

– Я наемник, а не курьер, – огрызнулся Шрам. Однако странно выглядящий ученый в перепалку вступать не стал.

– Принес?

Вместо ответа наемник бросил в лоток мешочек, сшитый из кожи ктулху, взятой со лба. Там она тонкая, но фантастически крепкая, в упор не всякая пуля ее возьмет. При шитье отверстия под нитки в такой коже лазером прожигают, по-другому никак. Недешевый мешочек, но для переноса ценных артефактов в самый раз. Хотя, конечно, такая тара не для всех. Кто радиации боится, тот предпочитает неудобные и тяжелые поясные контейнеры. Но Шраму невидимые заряженные частицы до фонаря. Кто реально сроднился с Зоной и стал мутантом в образе человека, тому радиационный фон до лампочки.

Профессор, не скрывая нетерпения, быстро потянул лоток на себя, схватил мешочек, высыпал на стол перед собой артефакты, схватил один, другой рукой выдергивая из кармана лупу, и принялся внимательно рассматривать редкий арт. Чего там разглядывать? Будто без того не ясно, что не фуфло, а самый что ни на есть «Глаз Выброса». Такое фиг подделаешь, хотя китайцы уже давно наловчились штамповать весьма эффектные на первый взгляд «пустяки» в промышленных масштабах. На Большой земле настоящий арт из Зоны могут себе позволить только очень богатые люди – да и незаконна такая покупка, за нее можно запросто в тюрьму загреметь. Зато «пустяк» за несколько долларов может купить каждый, и уже известны случаи, когда их пытались толкнуть торговцам ушлые сталкеры-новички. Правда, потом их почти всех находили в лесу – повешенными и с «пустяком» во рту, но это уже детали. Можно сказать, обычные будни Зоны.

– Неплохо, годный товар, – кивнул профессор. Нырнул за стойку, вытащил из-под нее старый советский чемодан-«дипломат», плоский, как избитая сталкерская шутка, но объемистый. – Как договаривались. Задаток в двадцать тысяч я вам перевел, здесь полмиллиона долларов наличными.

– Принято, – кивнул наемник, забирая из лотка «дипломат». – Я пошел.

– Пересчитывать не будете? – удивился ученый.

– Зачем? – пожал плечами Шрам. – Если будет недостача, я ж вернусь. Оно вам надо?

– Не надо, – согласился профессор, при этом его лицо исказилось довольно заметно. – Всего вам доброго.

…Дверь за спиной наемника бесшумно закрылась.