Это была очень красивая девушка с густыми черными волосами, развевавшимися за ней, словно плащ, и облегающий костюм цвета ночи подходил к этим роскошным волосам как нельзя кстати. В руках у девушки были два длинных кинжала, с которых неторопливо стекала вниз уже успевшая загустеть желтая кровь. А за ее спиной жутковатой короной маячили длинные и тонкие щупальца, которых были сотни. Они неторопливо шевелились, и верхняя часть этой жуткой короны словно играла с прекрасными волосами воительницы.

– Привет, – буднично сказала девушка голосом довольно грубым для ее внешности. Стряхнула кровь с кинжалов, вложила их в ножны, висящие на поясе, и добавила: – Узнал?

Виктор посмотрел влево. Там, возле туши руконога, рассеченной крестом на четыре части, замер в боевой стойке парень в таком же черном облегающем костюме и с такой же шевелящейся короной щупальцев за спиной – похоже, ждал, не начнет ли руконог срастаться половинками или еще как-то оживать. Это правильно, в Чернобыльской Зоне всякое возможно. Парень стоял боком, и Виктор мог видеть, что костюм на его спине раскрыт, словно большой переполненный кошелек, из которого вылезло несколько сотен тонких живых жгутов, похожих на длинные, толстые макаронины.

– Щупальца у вас с братом неслабо подросли после нашей последней встречи, – сказал Савельев. – И как вас теперь звать? Янус как-то уже не совсем в тему.

– Отчего же? – пожала плечами девушка. – Когда мы с ним одно целое, можно и по-старому. А по отдельности – Ян и Яна.

– И каким ветром вас сюда занесло? – поинтересовался Виктор.

– Мы следили за вами, – просто ответила Яна. – Не любим, когда на нас долги висят. Не убив, а разделив нас, ты сделал больше, чем просто не отнял очередную жизнь. Ты спас две жизни от тяжелого бремени зависимости, которое мы несли с рождения. Теперь мы немного потренировались и можем существовать как вместе, так и по отдельности, сами по себе. Я, может, парня найду, детей нарожаю. Ян тоже не прочь найти себе девушку.

Виктор с сомнением посмотрел на веер шевелящихся щупальцев. Поймав его взгляд, Яна поморщилась.

– Они же, когда надо, убираются внутрь тела.

И действительно, в следующее мгновение веер исчез, после чего послышался звук застегивающейся молнии. Ишь ты, какие щупла удобные – сами убрались и сами за собой молнию закрыли.

Между тем из-под разрубленного мутанта, громко матерясь, вылез Меченый, весь в желтой кровище с головы до ног. Увидел Яна со щупальцами за спиной и тут же заткнулся, направив на него автомат.

– Нет! – рявкнул Савельев.

– Нет так нет, – сквозь зубы процедил сталкер. – А кто это?

– Свои, – произнес Виктор.

– Думаю, эти «свои» меня в баре по башке и отоварили, – прорычал Меченый. – Только тогда они типа одним целым были и морды в масках. И теперь я серьезно раздумываю, не вернуть ли мне им должок свинцом между глаз.

– Они только что спасли нас обоих, – проговорил Японец. – Потому, думаю, долги наши сгорели взаимозачетом.

– Ну ладно, коли так, – неохотно сказал сталкер, опуская автомат. – И че дальше?

– Снайпера вызволять будем, – сказал Японец, подходя с мечом к половинке туши руконога, намертво забившей проход в бункер. – Работа предстоит вонючая, неприятная, но необходимая.

* * *

Двери лифта рухнули на пол, и из покореженной кабины вылез руконог, неслабо так прокачанный Кречетовым. То ли в Поле Смерти он их загнал, то ли препаратами какими накачал, но эти твари в результате стали крупнее, намного сильнее и, как я понял, сообразительнее.