– Твою ж маму, – простонал Шерстяной. – Ну какого лешего, а? Не должно их тут было быть…

– Ага, не должно, – ухмыльнулся в бороду самый здоровый, поигрывая шипастой булавой, соединенной с рукоятью короткой цепью. – Только Тайный дьяк не дурень, предусмотрел, што ценный узник могет побег устроить. И бежать он будет лишь сюда, ежели ему изменники помогут. Короче, лихоимцы, становитесь-ка на колени да руки кладите на головы, штоб я их видал. Сейчас повяжем вас, а дальше суд разберется, што с вами делать. Ну а ежели нет, то не обессудьте: имеем приказ вас прям тут порешить, коль сопротивление устроить задумаете.

– Изменники? – удивился Колян. – Это мы – они?

– А кто ж еще? – хмыкнул бородач. – Самые они и есть, коль разбойнику и душегубу бежать подсобляете.

– Ты со словами-то полегче, родной, – нахмурился я. – А то за такие речи некоторым их роскошные бороды выдергивают на хрен. Вместе с челюстью.

Бородатый прищурился, «моргенштерн» замер в его руке. По ходу, разозлил я дружинника. И это хорошо. Злой противник – наполовину побежденный, если ты при этом действуешь хладнокровно и расчетливо.

– То есть мы есть изменники, – не успокаивался Колян. – Предатели то есть. Враги людей после того, сколько мы для них сделать.

И тут бородач замахнулся, метя мне в голову. По ходу, Тайный дьяк передумал и дал этой троице однозначный приказ. Логично, кстати: в Кремле народ наслышан о Снаре, и его публичная казнь может негативно сказаться на людских настроениях. А тут был Снар – и сплыл. Куда – неизвестно. И никто не будет искать его останки в сырых подземельях Тайного приказа.

Но я ждал примерно такой удар, и ринулся вперед, под руку бородатому, стараясь опередить… и понимая уже на полпути, что не получится у меня ничего. Прокаченные D-геном дружинники только кажутся неповоротливыми грудами мышц. На самом же деле они умеют двигаться со скоростью, поразительной для их габаритов, – и сейчас мой маневр был обречен на провал. Дружинник сделал шаг вбок, и его шипастый шар, изменив траекторию, должен был ударить меня с размаху точно в висок…

Но не ударил, так как цепь, к которой он крепился, перехватила рука Коляна – как известно, боевые киборги в ускоренном режиме умеют двигаться быстрее любого дружинника.

– Мы есть изменники, да?! – взревел Колян – и ногой ударил дружинника в грудь.

Интересный эффект – того как крепостным тараном шарахнуло. Бородач отлетел к стене, по пути сбив автоматчика, гулко долбанулся шлемом о кирпичную кладку и рухнул на пол, подмяв под себя сбитого товарища.

Колян остался один на один с мечником, который оказался довольно шустрым: размахнулся и саданул мечом по голове Коляна сверху вниз.

Однако тот не растерялся – подставил под удар трофейный «моргенштерн», перехватив его обеими руками.

Металл ударился о металл, цепь разлетелась, и клинок меча рубанул по голове Коляна…

Я замер…

Но на этот раз все обошлось. Цепь ослабила удар, и бронированный лоб бывшего серва его вроде выдержал. Во всяком случае, вопль Коляна не оставил сомнений в том, что он еще жив.

– Мы есть предатели?!!

После удара мечника в одной руке Коляна остался шипастый шар, в другой – палка с обрывком цепи. И этой самой палкой серв принялся ловко дубасить дружинника – по голове, плечам, рукам, уклоняясь при этом от выпадов оппонента…

Но один из них все же его достал!

И опять – в голову. Тупой такой удар, с треском, будто сталь проломила ржавое железо…

Скорость происходящего была нереальной, и я уже несся на подмогу Коляну, возможно, смертельно раненому…

Но он успел раньше.