– Дамп – вкусная еда, – проскрипел робот. – Серв может вырезать хозяину лучший кусок.

– Спасибо, обойдусь, – сказал я.

Значит, вооруженное пугало в этих местах называется дампом. Что ж, подходящее название для живой мусорной кучи, которой не откажешь в стремительности, живучести и кровожадности.

Как и серву, кстати.

Кровищей было забрызгано все вокруг, а сам робот залит ею по глаза. И ему это явно нравилось.

– Много еды, – бормотал он, кромсая очередной труп. – Хороший хозяин.

Интересно, как в него столько влезает? Уже третий труп хомячит и, похоже, останавливаться не собирается. Поневоле вспомнился старый прикол: «Желудок котенка не больше наперстка. Поэтому литр молока находится в нем под давлением».

Из брюха серва выпала окровавленная подметка. Неудивительно, ботинки у меченосца были полное дерьмо.

– Весьма польщен, – сказал я, присаживаясь на кусок бетонной ступеньки, до которой не долетели кровавые брызги.

По моему тону робот понял – что-то не так. Выронил откушенную кисть руки и подбежал ко мне.

– Что хочет хозяин?

Блин, прям как в древнем мультике: «Что, новый хозяин, надо?»

– Ничего не хочет, – сказал я. – И вот что, членистоногий, я тебе не хозяин. На тебя тут, я смотрю, спрос имеется, и воевать за тебя с каждым встречным боевым роботом я не намерен. Короче, ты мне ствол починил, я тебе дампов наколошматил, считай, мы в расчете. Найдешь себе какого-нибудь ржавого ящера, пусть он с тобой носится.

– Биологические боевые машины и охотники-рексы не кормить сервов, – тихо сказал робот. – Сервы подбирать за ними то, что останется. 864Сol765А просит хозяина не гнать его…

Последние слова меня разозлили. Паук всерьез считал меня киборгом – и все из-за какой-то невесомой паутинки у меня под черепом! Кому такое понравится?

– Нет, Колян, – сказал я, поднимаясь со ступеньки. – Тема закрыта.

И, обогнув трупы двух рексов, отправился туда, куда шел до этого. На северо-запад, оставив позади мрачную громаду комбината дампов и красного от крови робота обслуги. Думаю, с такой кучей свежих трупов он некоторое время прекрасно проживет и без чьего-либо покровительства.

* * *

Дома, дома, дома… Бетонные коробки, вернее, то, что от них осталось. И деревья. Много деревьев. Целый лес вокруг, поглотивший и разрушивший мощными корнями фундаменты зданий. Если напрячь воображение, то можно понять, как умирал тот или иной дом.

Вот это здание точно завалили деревья-мутанты. Будто специально годами подводили под него узловатые корни, и в один прекрасный момент оно просто завалилось на бок, роняя прямо на улицу верхние этажи.

Это развалила ракета или крупнокалиберный снаряд. Рвануло точно посередке – и здание сложилось внутрь. Только первый этаж остался более-менее целым, и тот пророс гигантскими сорняками, мало уступающими в размерах деревьям.

А вот это сохранилось. Удивительно… Даже табличку пластиковую пощадило время. Правда, частично. «Улица…мского Поля» – разобрал я на серо-синем фоне осколка, чудом уцелевшего на стене. Н-да… Было много лет назад какое-то «…мское Поле», была улица, люди жили. Теперь ни поля, ни людей, ни улицы – одни руины. И огромные сорняки с хищными ветвями, только успевай уворачиваться. И не просто сорняки, а уже целый лес. Призадумаешься, стоит ли лезть туда или же все-таки обойти…

Между тем хищный лес стал гуще.