— «Питер Мартир речет, что в Бимини бьет неиссякаемый ключ проточной воды столь чудотворной, что ежели стар человек выпьет ту воду, то сделается молод».

Чанс процитировал это по памяти. Его полузакрытые глаза казались неподвижными.

— «Пойдем же туда и омоемся в этих очарованных водах, дабы вновь обрести молодость, — продолжил Майлс. — Мне это нужно, да и тебе скоро понадобится».

— Питер Мартир был секретарем протонотария при папе Иннокентии Восьмом и протопресвитером Оканы при папе Адриане Шестом, — кивнул Чанс. — Другом Колумба и Понса де Леона.

Я чувствовал, как разрозненные кусочки крутятся маленьким вихрем и со щелчком становятся на место.

— А при чем тут амарант? — вспомнил я. — Она цитировала Мильтона.

— «…тот амарант, что цвел в Раю, близ Древа жизни, но когда Адам ослушался, — на Небо снова взят».

Когда Адам ослушался… Адам и Ева отведали запретный плод. Добродетель не устояла перед пороком, человек был изгнан из рая и утратил бессмертие.

— Древние греки лечили инфекции порошком из лепестков амаранта, — сказал Майлс. — И древние китайцы тоже.

Бессмертие… Победить смерть…

Некролог!

Неужели такое действительно возможно?

Я вытащил листок и ткнул пальцем в снимок. Судья, знающий точную дату своей смерти, не слишком огорчался из-за этого. Что, если он не планировал умирать через два дня? Что, если его «смерть» — некролог — просто статья для первой полосы, потому что он никогда не умрет?

— А что, если… — начал я. — Что, если V&D нашли способ…

— «Где мы сейчас, там будешь ты», — сказал скелет, — фыркнул Чанс.

— Что еще за «мы», белый человек? — отозвался Майлс.

Чанс ухмыльнулся:

— Мы утратили бессмертие, вкусив от древа познания, и с тех пор пытаемся вернуть его с помощью знаний. Мне здесь чудится некая ирония.

Он откинулся на спинку кресла. После мастерского моноспектакля, в котором соединились Древний Китай, современная Новая Англия и все, что между ними, Чанс заметно устал. Я, напротив, дрожал от возбуждения в предвкушении того, что все еще можно исправить, хотя пару часов назад казалось — передо мной закрыты все двери.

— С помощью этого, — сказал я, указывая на некролог, — можно до них добраться.

Чанс и Майлс переглянулись.

— Сомневаюсь, — проговорил Чанс, — что некролог имеет архиважное значение.

— Но ведь ты только что сам говорил — Бимини…

Чанс покачал головой:

— Там ничего не оказалось. Испанцы потом поплыли во Флориду. Угадай, где, по их сообщению, они нашли фонтан вечной молодости? В Грин-Коув-Спрингс на реке Сен-Джон. Знаешь, сколько стариков уходит во Флориде на пенсию каждый год? Включая моих деда и бабку? Многие из них реально живут вечно.

— А амарант? Ты сказал, греки применяли его для лечения болезней?

— Посмотри «Журнал токсикологии» за март 2003 года, том седьмой, — сказал Майлс. — Сейчас амарант применяют как краситель на производстве. Выяснилось, что он ядовит. Прекрасный способ жить вечно, не правда ли?

— Может, они нашли другой способ…

— Джереми, ты знаешь, что такое папская соль?

— Нет.

— Пир голубого мальчика?

— Нет.

— Самсара? Астральные карты? Непрерывные волновые функции? Телескоп с ультравысоким разрешением?

— Нет.