Он вскочил. Ульяна схватила его за руку, губы ее дрожали.

– Ты же веришь, что это не я, Влад?

– Да боже правый, уймись уже! Говори что-нибудь.

– Так я и говорю, Влад… Может, сдашься?

– Ладно, все, справилась…

Он резко выдернул руку, и Ульяна отшатнулась. Коллеги из оперативного отдела перешли на бег, огибали детскую площадку…

Влад отвалился от скамейки, где металась растерянная Ульяна, пробился через куцую акацию и выпрыгнул на подъездную дорожку. Справа выворачивал мужчина в серой куртке, переменился в лице, сорвался с высокого старта. Влад бросился влево – там еще оставалась лазейка. Давненько не приходилось бегать, целых несколько часов! Он бежал по асфальтовой дорожке, и люди шарахались от него. Молодая мамаша закрыла собой трехлетнего карапуза с удивленной мордашкой – прямо мать-героиня! А когда «метеор» пронесся мимо, схватила его под мышку и побежала в подъезд. Еще одна мамаша срочно разворачивала коляску с младенцем, затаскивала на бордюр. Скоро весь город будет знать, как выглядит опасный преступник, которого при задержании можно пристрелить!

Он добежал до угла, ушел в слепую зону. А там, как на камне на распутье: налево пойдешь, направо… В соседние дворы в обход мусорных контейнеров; за кирпичную будку жилищно-коммунального назначения с амбарным замком; по дорожке вдоль акации к хранилищу овощей… Влад по наитию выбрал последнее, пролетел половину пути, нырнул в акацию. Из-за угла вылетел сотрудник, завертелся и побежал за мусорные баки. Расслабляться не стоило, следом бежала целая куча народа, и майор припустил через поляну к зарешеченному кирпичному сооружению – воздуховоду овощехранилища…

Он не заметил, что была еще и третья машина. Она выехала из-за угла следом за второй, но не стала останавливаться, медленно катила по перпендикулярному проезду. Когда Влад устроил забег, то просто не обратил внимание на эту «Волгу» с гражданскими номерами. Водитель мог видеть, в какую сторону он побежал. Машина обогнула участок, где находились хоккейная коробка и овощехранилище, неспешно втянулась в междворовый проезд…

Он пробежал еще немного и перешел на шаг. Серая «Волга» догнала его, когда он отдышался и шел вдоль бесконечной девятиэтажки. Такие дома горожане называют «кишками», «китайскими стенами». Рабочий день был в разгаре, во дворе присутствовали только дети и пенсионеры. Проезд был узкий, места для стоянки автотранспорта не предусмотрены – о нуждах автовладельцев проектировщики дворовых территорий не думали.

Серая «Волга», шелестя шинами, обогнала его и остановилась. Екнуло сердце: вот так просто? С пассажирского сиденья выбрался субъект в темном двубортном костюме и темных очках. Он плавно сунул руку за пазуху, но вынимать не спешил. В салоне находились еще двое. Могли бы тоже выйти, но не стали. Разгар дня, кругом люди, а шумихи в этом деле и без того хватало.

– Садитесь в машину, Владислав Анатольевич, – сухо произнес субъект. – Хватит уже бегать. У вас больше нет шансов.

Взгляд был неприятен. Холодок побежал по спине. Заметались мысли. Номерные знаки были не ведомственные – обычные. И это явно не коллеги, хотя, возможно, с корочками КГБ – подлинными или поддельными. Ульяна допустила промашку, не заметила слежку Комитета. А с этими парнями сам Комитет допустил промашку. Зачем гоняться за ветром в поле, если можно поступить умнее?

– Владислав Анатольевич, садитесь в машину, не тяните резину, – нетерпеливо повторил субъект.