Повелитель зомби придумал для своего замка оригинальную защиту, не менее сильную, чем в будущем у доброго волшебника Хамфри. Двое зомби неожиданно выросли перед лошадроном. Бесстрашное существо отпрянуло, не желая прикасаться к их сгнившей плоти. Милли испуганно закричала. Даже на мордочке почтальонка отразилось омерзение.

– Дальше нас с лошадроном не заманишь, – сказал почтальонок, обращаясь к Дору. – А тебе, корешок, здесь будет хорошо и спокойно. Разве что эти трухлявые пеньки... Как ты будешь разговаривать с их хозяином, не знаю и знать не хочу. Короче, слезай. Мы поехали домой.

Дор пожал плечами. Зомби его не пугали, ведь он был знаком с ними, Джонатана знал с детства. Эти существа не вызывали симпатии, но и не пугали.

– Поезжайте, – согласился он, – и сообщите королю, что мы вступили в переговоры с повелителем зомби и вскоре известим о первых результатах.

– Как вступишь, так и выступишь, – ехидно пробормотал почтальонок, но Дор притворился, что не расслышал.

Он, Милли и Прыгун слезли с лошадрона. Дор почувствовал боль в ногах. Путешествие на спине столь диковинного существа не могло не сказаться. У Милли даже затопать как следует не получилось. Только Прыгун, который во все время пути не сидел как следует, чувствовал себя хорошо.

Лошадрон заржал, развернулся на копытах, на лапах, на хвосте и пустился в обратный путь. Грязь и ветки, вылетевшие из‑под его задних лап, осыпали путешественников. На прощание. Лошадрон не мог не радоваться свободе.

Дор кое‑как размял ноги и, прихрамывая, подошел к зомби.

– Мы пришли с поручением от короля Ругна, – сказал он. – Ведите нас к хозяину замка.

– Пи‑ить нму сно, – с трудом выговорил зомби, распространяя зловонное дыхание.

Что сказал зомби? «Смогу ли я воспользоваться своим талантом?» – задумался Дор. Хоть зомби и мертвы, но состоят из того же материала, что и живые. С живым деревом он говорить не мог, а с сухой веткой – пожалуйста. Неужели заклинание, оживившее этих чудовищ, подарило им такой заряд ложной жизни, что теперь общение с ними как с мертвыми невозможно? Может, понимание, пусть и неполное, все‑таки наладится? Может, надо просто подождать?

– Мне кажется, зомби сказал: «Проходить никому не разрешено», – протрещал паук, а паутина перевела.

Дор с удивлением глянул на паука. Неужели Прыгун стал понимать лучше, чем он сам?

– Не пугайся, – протрещал паук. – Ваши людские слова мне непонятны, но я уже привык. Зомби говорит непонятно, а привычку, как говорится, никуда не денешь.

– Разумно рассуждаешь, – усмехнулся Дор. – Вот и хорошо. Будешь мне помогать разговаривать с зомби.

Он снова обратился к стражникам, хранящим могильное молчание, безразличным, как сама вечность. Ничто земное их уже не волновало.

– Доложите вашему хозяину, что к нему пришли. Он обязан нас принять.

– Пи‑и‑ить сно, – повторил зомби. – Нму сно.

– Тогда мы сами пройдем, – шагнул вперед Дор.

Зомби предупреждающе поднял ужасную руку. Куски гнилой плоти свисали с нее, и кости белели в разрывах. Милли вскрикнула. Семнадцатилетняя Милли боялась зомби, но чего не сделают с человеком восемь веков призрачной жизни!

Дор хотел выхватить меч, но Прыгун опередил его. Он подскочил к зомби и связал его паутиной, а следом и другого. Лучше и придумать нельзя. Ведь зомби уже мертвы и, значит, не боятся никакого меча.