Через три дня Ласка стала вставать, у нее появилось молоко, и малыш был доволен. Он рос, уже пытался ползать и требовал к себе постоянного внимания. Врон старался как мог, но чувствовал, что отец из него никуда не годный. Поэтому, когда у Ласки заросла рана и она начала больше заниматься с малышом, он обрадовался. Прошло еще несколько безмятежных дней, и однажды утром Ласка, поцеловав его, поинтересовалась:

— Когда ты собираешься?

— То есть?

— Скрыт снова нас спас. Мы в долгу перед ним, да и перед лекарем тоже. Ты должен помочь им.

— Я не хочу никуда идти. Я необходим тебе и малышу. Нам нужно приспосабливаться к жизни в этом городе.

— Это так, — согласилась Ласка. — Но ты не просто человек, ты охотник за демонами. Конечно, монастыря нет, но мы‑то с тобой остались. А охотник за демонами всегда платит по своим долгам. Найди скрыта и поговори с ним. Кстати, можешь сказать ему, что у меня появились новые желания.

Врон закрепил меч за спиной.

— Если я уйду, меня долго не будет, может быть, несколько недель, а то и месяцев.

— Мы справимся. Просто постарайся вернуться как можно быстрее, не то сын твой вырастет без тебя.

Врон долго бродил по улицам, прежде чем нашел скрыта. Или тот нашел его? С демонами всегда было непонятно.

— Моя самка выздоровела, — произнес Врон, наблюдая, как скрыт проявляется на стене. — И я понимаю, что мой долг к тебе вырос. Я готов сделать все, что ты попросишь.

— За стенами города тебя уже два дня ждет другой демон. — Скрыт встряхнул свой мех, глядя, как тот переливается на солнце. — Он и проводит тебя к старому.

С— разу предупреждаю, путь тебе предстоит долгий и опасный, но я уверен, что ты справишься.

— Долгий и опасный? Куда, по‑твоему, я должен буду отправиться?

— Больше я ничего не могу сказать. Могу пообещать только одно: за твоей самкой я присмотрю, с ней и с твоим детенышем ничего не случится. Иди.

Врон недоуменно вздохнул, поправил меч и пошел к стене.

За стеной города таял снег, обнажая черную землю. Кричали птицы, небо было безоблачным. На поле и около стены никого не было видно. Врон пожал плечами и пошел по дороге, которая уже очистилась от снега.

— Человек! — услышал он за спиной.

— Кто меня зовет? — крикнул Врон, озираясь по сторонам.

— Я выйду, если ты пообещаешь, что не будешь хвататься за оружие.

Врону показалось, что голос шел от зарослей кустов, но там было негде спрятаться: листва давно облетела, а черные голые ветки не могли никого скрыть.

— Обещаю. Но я и без меча довольно опасен.

— Опасен, опасен, — пробурчал черный демон, вылезая из‑под земли рядом с дорогой. — Вечно вы, люди, о себе много думаете, а на самом деле не способны напугать даже маленького детеныша.

Врон пораженно застыл. Этот демон был не похож ни на одного другого демона, которого он когда‑либо встречал. Он был маленького роста, даже меньше скрыта, у него были длинные руки с широкими кистями и огромными загнутыми когтями. Кожа его была абсолютно черного цвета, без единого волоса и матово блестела под солнцем. Глаза были огромными и черными, рот, когда демон говорил, открывался широко и были видны большие острые резцы.

— Что уставился? — недовольно проворчал демон. — Никогда грумов не видел?

— Не видел, — согласился Врон. — Только слышал, что вы живете в горах и копаете там пещеры.

— Не только в горах. Мы везде живем и копаем там, где есть камень, а он повсюду. Пойдем, что ли?

— А куда?

— Куда, куда… куда надо.