Учащенное дыхание Кавано шумно отдавалось в замкнутом пространстве лифтовой кабины. По лицу стекал пот. Лифты. Как я ненавижу лифты. Никогда не знаешь, отчего они могут остановиться. Никогда не знаешь, с чем столкнешься, когда откроются двери этой штуковины.

Через дверь начал просачиваться дым. Он постепенно заполнял кабину. Кавано нажал кнопку "2". Паника. До сегодняшнего дня он не знал, что это такое. А если из-за пожара в распределительном щите сработал предохранитель? Мотор лифта не заработает, и... Кавано чуть не закричал. Крик остановился в его горле, когда лифт с рывком двинулся вверх. Это не сверхскоростные лифты в современных многоэтажных зданиях, он движется медленно. Дрожащей рукой Кавано убрал пистолет в кобуру, поднял руку вверх и положил фонарь на крышу кабины. Потом он схватился за кромку люка, чтобы подтянуться.

Левое плечо пронзила боль. Лифт подрагивал, подымаясь все выше. Кавано услышал треск. Тампон оторвался. По плечу потекло что-то теплое. Кровь. Рана открылась.

Плевать на боль, плевать на кровь. Самое главное — выбраться из этого лифта. Кабина неторопливо поднималась вверх, но дым продолжал заполнять ее. Стало жарче. Рубашка и куртка намокли от крови. Кавано почувствовал, что паника придала ему неестественную силу. Даже на самых опасных заданиях с ним такого не случалось. Боль исчезла, слабость в мышцах — тоже. Их заменила невероятная сила, выдернувшая его вверх сквозь люк. Пол кабины, на котором он только что стоял, начал дымиться.

Хрипло дыша, Кавано посмотрел вниз. Сквозь дым было видно, как пол постепенно обугливается. Послышалась череда приглушенных хлопков, скрежет ломающегося дерева и удары пуль о лифтовую шахту. Лифт продолжал подниматься. Когда кабина поравнялась с дверью на первом этаже, раздалась еще одна очередь, и пули ударились в стены кабины. В разные стороны полетели щепки.

Звук выстрелов слишком тихий, снаружи его не услышат. Для этого нужен глушитель, но такую штуку не купишь в оружейном магазине. Откуда же Прескотт его взял?

«А откуда бы я взял глушитель, — подумал Кавано. — Проще некуда. Берешь пустую пластиковую бутылку и насаживаешь на ствол. Но меня этому учили. А он-то откуда это знает?»

Опять же, нетрудно догадаться. У него было два дня на то, чтобы все обдумать и подготовить. Он прекрасно понимает физику явления. Возможно, ему все это просто легко дается.

По мере того как лифт продвигался вверх, стрельба прекратилась. Кавано представил себе, как Прескотт прислушивается к звуку поднимающегося вверх лифта и бегом бросается к лестнице, чтобы подняться на второй этаж. Даже несмотря на свой избыток веса, он добежит раньше, чем лифт поравняется с дверьми.

Наверху поскрипывали блоки и жужжал мотор, перематывающий трос лифта. Пол кабины загорелся. Одновременно с этим Кавано снова услышал выстрелы. Пули пробили дверь на втором этаже и изрешетили стенку кабины. Если Прескотт использовал в качестве глушителя пластиковую бутылку, ее уже должно было разорвать на части. Чтобы заглушить звук выстрелов, ему, видимо, пришлось предпринять что-то еще. Например, обмотать дуло краем куртки. Но куртки тоже надолго не хватит. Интересно, когда выстрелы станут настолько громкими, чтобы их услышали на улице?

Скрип и жужжание лифтового механизма прекратилось, лифт остановился. Остался только треск горящего дерева — продолжал гореть пол лифтовой кабины. Жар был настолько силен, что Кавано пришлось убрать голову в сторону от люка.

Затем он услышал другой звук. А может, ему и показалось. Но это был тихий скрип дверных петель.

Кавано выключил фонарь. Дверь лифта медленно открылась.