Но доложил он об этом только на следующий день, когда ему пришла директива срочно прибыть на заседание военного совета Онрада вместо Голсуорси, который отбыл на совещание по транспортному судоходству на Гелиос. С ним полетел Арам, чей «Непокорный» тоже загремел в серьезный ремонт.

— Отдыха нет на войне, капитан, — сказал Барбюс, когда они все втроем шли по причальной трубе к шаттлу.

Брим рассмеялся, посмотрел через прозрачные стены трубы на кривизну планеты и увидел тонкую дугу света в сотне кленетов в направлении светила. Ближний космос был проколот вспышками разлагателей — нападение облачников продолжалось без передышки.

— Это даже больше к тебе относится, шеф, чем ко мне, — сказал он, подмигнув Араму. — В конце концов, мы сейчас займемся чем-то другим, а тебе все так же копаться в бюрократическом мусоре.

Румяноперый азурниец энергично кивнул.

— По мне, так лучше схватиться с целой эскадрильей облачников, — самым серьезным тоном сказал он. Барбюс усмехнулся:

— За меня не волнуйтесь, джентльмены. У меня целая толпа старшин и матросов, которые делают самую скучную работу. Но мне пришла на ум идея, если капитан позволит.

— Какая, шеф? — спросил Брим.

— Насчет того, что будет, когда мы победим. Я нашел отличное наказание самым главным шишкам из Лиги. Посадить их перекапывать всю бюрократию, что нам пришлось ради них завести, и разложить ее в полном порядке по файловой системе. Это похуже лагеря смерти…

Арам разразился хохотом, от которого задрожали перья, а Брим ухнул и хлопнул Барбюса по спине.

— Шеф! — сказал он. — Мы сегодня поднимем этот вопрос в Адмиралтействе. От такой угрозы облачники могут все бросить и удрать домой. Я бы точно так сделал на их месте.

— А тем временем, капитан, — ответил Барбюс, возвращаясь к своей обычной серьезности, — я подготовлю все документы к вашей подписи ко времени вашего возвращения. — Они дошли до выхода, и Барбюс отдал честь. — Поосторожнее там внизу, если позволите так сказать, сэр. Никто не знает, на что теперь подастся КМГС, когда повернулось не по-ихнему.

— Буду оглядываться, шеф, — пообещал Брим, отдавая честь в ответ. Потом вышел в люк вслед за Арамом.

Барбюс не ошибся. КМГС полными силами высыпал на улицы по всей дороге Брима от озера Мерсин до Адмиралтейства — сегодня они протестовали против успешного нападения десантных сил на Эффервикские верфи группы вторжения Лиги. Имперские рейдеры разрушили очень важный кабельный мост (чем сильно задержали строительство десантных ботов вторжения) и уничтожили на земле большое число рейдеров Лиги.

На плакатах, которые несли приспешники Лиги, были старые лозунги, обвиняющие имперскую «агрессию» в теперешней враждебности, и люди с плакатами сами казались такими же уверенными в своем деле, как всегда. Но если присмотреться, заметно было, что их ряды куда жиже, чем еще только месяц назад, — а рядом зловещим штормом нависла контрдемонстрация, готовая обрушиться на их головы. Ясно было, что направление прилива начинает меняться. Брим только надеялся, что еще не слишком поздно…

В Адмиралтействе на совещании Брим с Арамом сидели молча, слушая, как Хагбут продолжает предсказывать вторжение. Пока генерал и другие высокопоставленные правительственные чиновники обсуждали положение дел, за его спиной на дисплее во всю стену шли доклады системы БКАЕВ, сообщающие о новой подготовке крупных налетов в Эффервике.

Видя, как все больше облачников отправляются в полет. Арам устало покачал головой.

— Не могу я тут сидеть, пока наши ребята там подставляют шеи, — шепнул он Бриму.