Я слышала, что вся семейка Бэддов вернулась в Кетчикан,   сказала миссис Кингсли и затем нахмурилась от своей фразы и пояснила.   То есть ты и твои братья.

Зейн рассмеялся.

  Мы действительно семейка Бэддов, миссис Кингсли. Фамилия действительно подходит нам, как бы мы это не пытались отрицать.

Миссис Кингсли неловко переступила с ноги на ногу, вероятно жалея о том, что начала этот разговор.

  Да, так... твои старший брат, Себастьян, неплохо постарался над тем, чтобы бар твоего отца не закрылся.

  Да, постарался.   Сказал Зейн, закончив свой ужин.   И сейчас мы все восьмеро вернулись в Кетчикан. Все уже взрослые. Последний раз, когда мы все жили под одной крышей, половина моих младших братьев были еще детьми.

  Восьмеро,   сказала миссис Кингсли так, будто до нее только сейчас дошло, что это значит,   О боже.

  Да, именно,   засмеялся Зейн,   Я бы вам порекомендовал не выпускать ваших внучек из комнат, если они снова приедут вас навестить. Они выросли настоящими сердцеедками, а Канаан и Корин примерно их возраста.

  Думаю, стоит сменить тему,   сказала Миссис Кингсли, выйдя в кухню.

Зейн снова засмеялся.

  Это просто шутка. По большей части.   Он встал и протянул мне руку.   Ты готова, красотка? Фильм через тридцать минут начинается.

Я встала.

  Спасибо вам за ужин, мистер и миссис Кингсли. Было очень вкусно.

  Не стоит благодарностей, дорогая. Повеселитесь.   Она повернулась, чтобы послушать, о чем спорит австралийская парочка.

На улице солнце уже начало клониться к закату. когда мы вышли, дул прохладный ветерок, было тепло, но не жарко. Зейн взял меня за руку, и мы не спеша пошли в центр.

Я взглянула на него.

  И что это было? Я про Кингсли.

  Просто решил подшутить над ними и все.

Я нахмурилась.

  И в чем состояла шутка?

Он пожал плечами.

  Наша мама умерла одиннадцать лет назад. Это было неожиданно, какой то вид рака, который поражает быстро и сильно, никто ничем не мог нам помочь. Из за этого отцу пришлось в одиночку растить восьмерых сыновей и пытаться удержать бар на плаву. У отца был тот еще характер, но мама смогла приручить его, однако в нас всех есть что то от отца, что означало то, что даже когда мама еще была жива, им приходилось постоянно приглядывать за нами. Но растить нас одному? У отца не было ни единого шанса, к тому же смерть мамы сильно ударила по нему,   он остановился, затем продолжил,   а мы будто с ума сошли. Мамы не стало, папа был занят и психологически не мог нам помочь... поэтому мы дрались, пили, и творили все что вздумается. Фамилия Бэдд в этом городе была синонимом проблем. Мы братья Бэдд. Мы всегда стояли друг за друга, приглядывали друг за другом. Вот откуда Кингсли знают мою фамилию.

  А что насчет их внучек?

Зейн засмеялся.

  Ах это. Их дочь, Рейчел Кингсли, всегда пыталась что то из себя строить. Однако она была лучше всех нас вместе взятых в этом ничтожном городишке, по крайней мере, казалась таковой. Вышла замуж за какого то надменного инвестиционного банкира в Нью Йорке. Они периодически приезжают сюда со своими дочерьми близнецами. Эйри и Тэйт. Одного возраста с Канааном и Корином. И как я уже сказал, они те еще сердцеедки. Они просто красавицы и, похоже, им удалось не стать такими же занозами в заднице, как их родители. Хотя Рэйчел Кингсли никогда бы не допустила, чтобы ее дочерей поймали на том, что они попытались посмотреть в сторону членов семейки Бэдд.

  Понятно. И тебе это кажется смешным?

Он кивнул.

  Ага. Это уморительно. Мы заработали свою репутацию и гордимся ею. Но мы не плохие люди.