|
Мне ее с шампунем драили, а эти, крысы летучие, – пожаловался Унгерн и погрозил кулаком в сторону «символов мира», расхаживающих тут и там. – На грязную не гадят…
– Голубь знает, куда какать! – глубокомысленно изрек я, пытаясь вернуть генералу грязный платок, но тот лишь брезгливо отмахнулся, показывая – выбрось, куда–нибудь… Скомкав платок, запустил им в голубей. Жаль, ничего тяжелого в нем не было – не долетел.
– Садись, товарищ полпред. И пристегнуться не забудь, – поерзал генерал в кресле.
Унгерн не пытался ни превысить скорость, ни обогнать кого–либо. Вел уверенно и аккуратно. Кажется, даже все правила соблюдал. Опять–таки, мне «безлошадному» сложно судить. Ехали молча. То есть, о делах не говорили. Да и кто будет говорить о делах в машине?
– Мне бы прибарахлиться, – сообщил я генералу, критически глянув на свои брюки и демонстрируя рваную куртку.
– Сейчас супермаркет будет. Ты – на второй этаж, где одежда, а я продуктов прикуплю… Двадцать минут хватит?
– Должно, – прикинул я.
Свернув к магазину, генерал вдруг передумал:
– Сиди в машине. |