– Я до сих пор не могу понять, Ваше Величество, – нахмурился Максутов. – Он обычный мальчишка. Да, с невероятно сильный даром, который может себя проявить, но ведь…

Император поднял палец вверх, заставляя Его Светлость замолчать.

– Он застенец. И единственная связь того мира с этим. Ниточка, за которую зестенцы пытаются уцепиться, чтобы размотать большой клубок. И они будут ставить все на него. Думаю, с ним уже подробно побеседовали и проинструктировали по этому поводу.

– И что, нам теперь не выпускать его за Стену?

– Мы не можем этого сделать. Необходимо показать, что с ним все в порядке. Он жив, здоров и весел. Наша главная задача – чтобы он захотел жить среди нас, а не вернуться обратно. С этим ясно?

– Да, Ваше Величество.

– И вот еще что, Игорь. Ты понимаешь, что после всего я не смогу оставить тебя на должности Главноуправляющего Третьим Отделением. Слишком много возникнет вопросов и ненужного внимания. Совершено покушение на Императора, именно так завтра будут говорить. Покушение, которое почти удалось. Думаю, тебе даже с неделю не надо ко мне ездить. Пусть все считают, что ты в опале. А потом, скажем, нас кто-нибудь помирит. Думаю, у тебя найдется достаточно просителей.

Максутов стиснул зубы почти до хруста. Он понимал, что ход мыслей Романова вполне разумен. Однако сам факт снятия с должности был неприятен.

– Ваше Величество, надо заставить выползти змею из норы. Спровоцировать. Хуже всего, если он сейчас затаится и будет ждать возможности для нового удара. Такого же неожиданного, как сегодня.

– Подставить опять мальчишку под удар?

– Не беспокойтесь, с ним ничего не случится. Помимо вашей охраны за ним будут наблюдать и мои люди. Мой самый надежный человек.

– Самый надежный? – изогнул бровь Романов. Неожиданная догадка пришла ему в голову и Его Величество не смог скрыть своего удивления. – Признаться, не думал, что он еще жив.

– Это вряд ли можно назвать жизнью, – усмехнулся Максутов. – Но он дышит, ходит и ест, если вы это имеете в виду.

– Ты уверен, что это… разумно? – в интонации Императора появились нотки сомнения. – Слишком велик риск. Он не тот человек, который играет по правилам.

– Зато он тот, кто сделает все, чтобы отдать свой долг. И так уж случилось, что он мне должен.

– Что ж, пусть будет так. Но мне эта затея не нравится.

– На этом все, Ваше Величество?

Максутов был опытным в политических играх. Он тонко чувствовал, когда разговор исчерпан. К тому же, очень хорошо знал Романова.

– Да, Игорь, можешь идти.

Максутов решительным шагом вышел от Императора и поднялся к себе в кабинет. Там он неторопливо снял официальный мундир, с некоторой грустью поглядел на него и облачился в повседневную одежду. Он понимал, что ничего страшного не произошло. Те, кто по-настоящему что-то решают в государстве, не носят полицейскую форму. Они находятся в тени и шепчут Императору на ухо. Однако некий сплин все равно овладел Его Светлостью.

Меншиковский дворец он покинул через черный ход. Поежился на свежем воздухе и решительно направился по Университетской набережной.

Почти бегом пробежал Румянцевский сад, до сих пор наполненный его уже бывшими подчиненными. Многочисленные экипажи покинули Ристалище и ближайшие к нему улицы. После покушения весь Петербург предпочел поскорее убраться по домам, закрыть двери и тихо ждать, что же будет дальше.

Город теперь походил на огромного испуганного черного пса, которые настороженно глядел на Максутова своими ледяными глазами.