– Я проконсультировался с Пал Палычем, – рассказывал я. – Во-первых, в теории, спортивные состязания без возрастных ограничений может организовать любой дворянин. Так что с этим проблем нет. Во-вторых, необходимо, чтобы на подобных состязаниях присутствовал лекарь рангом не ниже шестого. Тут у меня вроде есть подходящий человек. Самый сложный пункт третий – необходимо получить разрешение в Государственном управлении физическим воспитанием и спортом. Оно находится в ведении двух учреждений: военного министерства и министерства просвещения. Тут у меня никаких выходов.

Я посмотрел на друзей. Протопопов развел руками, мол, на этом мои полномочия все. Лиза закусила губу, но тоже молчала. А вот Горчаков покраснел, как маков цвет.

– Я могу попросить папа, – на последнем слоге он сделал ударение. – Но видишь ли в чем дело, Николай. Мой отец такой человек… – тут он покраснел еще больше, словно чего-то стыдясь. – Который ничего не делает просто так. Может, лучше обратиться к господину Максутову?

– Не думаю, что именно теперь, после снятия его с должности, это будет хоть как-то уместно, – ответил я. – К тому же, мы вроде квиты. Игорь Вениаминович спас мне жизнь на Ристалище. Поэтому один-один. Обратись к отцу. За спрос денег не берут. А потом уже будем предметно разговаривать. Я же пока займусь лекарем.

Легко сказать – займусь лекарем. Так получилось, что у меня еще была куча обязательств. И если футбол не тяготил, то посещения кьярда стали удовольствием ниже среднего. Васька почему-то решил, что я теперь его собственность и первое время, пока мне приходилось чистить коня, ревностно отбрыкивался, а уже после не отпускал, тычаясь своей хищной мордой в плечо. Но что интересно, делал это все молча, даже не пытаясь мысленно поговорить. Ну, не укусил на прощанье, и то хлеб.

Над Петербургом уже сгущался вечерний сумрак, когда я приехал в госпиталь. Сказать честно, успех предприятия не был стопроцентным. Скорее напротив. Ко всему прочему, для начала мне нужно хотя бы найти Варвару Кузьминичну. Признаться, я даже фамилии ее не знал.

И мне очень хотелось, чтобы она находилось именно здесь. Потому что в противном случае пришлось бы ехать к стене. А там непонятно, может меня развернут еще на подъезде. Граница и все такое. Других же координат Варвары у меня не было.

– Подождите, пожалуйста, здесь, Ваше Высокоблагородие, – попросил я подполковника.

– Не могу, Николай Федорович, – не повел тот и бровью. – Приказ.

Я тяжело вздохнул. Да, непросто мне будет с ним. С другой стороны, от казаков тоже оказалась немалая польза. Пришлось входить вместе в госпиталь. И выскочивший навстречу сторож, с весьма недовольной физиономией, сразу попятился, как только увидел черкески.

– Уважаемый, где я могу найти Варвару Кузьминичну? Молодая девушка, из лекарей.

– А вы кто ей будете? – чуть осмелел сторож.

Ну, понятно. Надо было сразу на ты и без «уважаемый». Есть такой тип людей, которые воспринимают только наглость и силу. Почему-то их больше всего среди простолюдинов. Тьфу, черт, начал думать, как какой-нибудь потомственный аристократ.

– Ваше Высокоблагородие, можно я с ним пошепчусь? – негромко сказал я. – Не волнуйтесь, я все время буду оставаться в поле видимости.

Подполковник нахмурился, но все же после долгих колебаний благодушно кивнул. Я твердо взял под локоток сторожа и отошел с ним шагов на десять по коридору.