– А вы тут как же? – спросил он.

– Пришел о вашем здоровье справиться. И надо же как повезло. Думаю, теперь все будет отлично. Несколько дней и на ноги встанете. Лекари тут хорошие.

– Спасибо, Ваше Благородие, – смущенно улыбнулся штабс-капитан.

– Поправляйтесь.

Я почти уже дошел до двери, когда был остановлен повелительным голосом Варвары Кузьминичны. Девушка решительным шагом направлялась ко мне и весь ее вид красноречиво говорил, что сейчас будет новая взбучка.

– Зачем? – сурово спросила она, в то же время стараясь говорить на тон тише.

– Что зачем?

– Зачем вы сделали это? Я видела. Вы… – она перешла на шепот. – Поделились с ним своей силой.

– Он чуть не погиб, защищая меня, – честно признался я. – А теперь лежит здесь. Это меньшее, что я мог сделать.

Некоторое время Варвара разглядывала меня, как редкий и непонятный фолиант на незнакомом языке. Но потом все же сказала уже спокойным ровным тоном.

– Хорошо, Ваше Благородие, так и быть. Я приму ваше предложение. Но весь гонорар вы будете отправлять на нужды госпиталя.

– Как вам будет угодно, – улыбнулся я. – Скажите, Варвара Кузьминична, где я смогу найти вас? Чтобы не врываться сюда в следующий раз.

– Запоминайте, – вздохнула девушка и назвала адрес.

– Всего хорошего, – кивнул я, стараясь не расплыться в довольной улыбке.

– И вам, Ваше Благородие, – проводила меня лекарь внимательным взглядом голубых глаз.

Я вышел за дверь и тут же обратился к казакам.

– Пойдемте, господа.

Не знаю, чем я был доволен больше. Что пришел в себя штабс-ротмистр? Что удалось найти лекаря для моего предприятия? Или что согласилась именно Варвара Кузьминична, сменив гнев на милость? И даже ехидца во взгляде подполковника не могла испортить моего благодушного настроения.

Глава 28

Горчаков Петр Кириллович оказался серьезным высоким человеком, на вид средних лет. Хотя я уже привык к тому, что у магов возраст определить на глаз было категорически невозможно. Представлял он собой полную противоположность сыну. Уверенный в себе взгляд, спокойные, размеренные движения. Разве что такой же длинный нос напоминал о родстве с Ильей.

Как его пропустил мой конвой – оставалось тайной. Но после всех препон Петр Кириллович оказался у меня в кабинете и сидел сейчас напротив. Никаких улыбок или разговоров о лицее. Мол, как мой там? Он сразу дал понять, что человек занятой и находится здесь исключительно по делу. И общается со мной, не как с другом сына, а как с бизнесменом. Да уж, бизнесмен из меня тот еще.

Петр Кириллович слушал внимательно, изредка задавая наводящие вопросы или соглашаясь с моими доводами. А после выдал свое заключение.

– Предприятие рискованное, Николай Федорович, скажу честно. В другой ситуации я бы мог ввязаться в эту авантюру под процент с прибыли. Но не уверен, что мои затраченные ресурсы довольно быстро окупятся. К тому же, сами понимаете, время сейчас нестабильное. Никто не сможет заручиться в завтрашнем дне… – он сделал длинную паузу, словно давая возможность и мне что-то сказать. Но я молчал. – Однако помочь вам хочется. Я могу найти лояльного человека из нужного вам ведомства. Часть суммы пойдет ему, ну, и, сами понимаете, часть мне, за посредничество. Думаю, пяти тысяч вполне хватит.

Я принял удар достойно, не дрогнув ни мускулом. Пять тысяч для меня были большими деньгами. Да и для всех суммой немаленькой. И понятное дело, что их у меня не оказалось.