Он подождал, будто надеялся, что я сейчас поддержу разговор. Я лишь кивнул.

– Главная проблема нашего города – это несколько стесненные границы. Могли бы мы подумать, что дворяне будут обитать в доходных домах не из-за отсутствия денег, а именно подходящего места жительства?

– Я уж точно нет.

– Вместе с тем нельзя сказать, что чиновники не сидят, спустя рукава. Они понимают сложность сложившейся ситуации. Вы видели дом, который построили на улице Святого Николая?

– Нет, не видел, – честно признался я, пытаясь вспомнить, название, которое уже слышал. Вроде где-то в западной части, куда я не добирался.

– А он не один. Петербург не зачах, он изменился. И продолжает меняться.

Это было правдой. Из-за стены сюда поставлялось много стройматериалов. На улицах постоянно раздавались звуки пилы, протяжное пение рубанка, скрежет мастерка. Чем дальше ты уезжал от центра, тем явственнее понималось, что в Петербурге постоянно что-то ломается и строится.

Но вместе с этим, мне было категорически плевать на изменение архитектуры северной столицы. И, наверное, Билибин прочитал это в моем взгляде. Потому что сразу же перешел к делу и стал говорить быстрее.

– После разрешения некоторых недоразумений с вашими соотечественниками, мы нашли общие точки соприкосновения с застенцами. И я выкупил несколько зданий под склады. Не скажу, что они идеально подходили, но до поры до времени меня все устраивало. А теперь… Одно из них хочет приобрести одно влиятельное лицо. Очень влиятельное. Таким обычно не отказывают. Да и признаться, Николай Федорович, давно пора расширяться. Дела идут в гору.

– Вы узнали мое отчество, – улыбнулся я, немного вымотанный напором гостя.

– В моем деле информация лишней не бывает, – кивнул Билибин. – Навел справки.

– И чем же я могу вам помочь?

– У вас есть подходящая для моих задумок земля. На ней раньше был судостроительный завод. Сейчас там уже почти ничего не осталось, я проверил. Да и для вас он будет больше обузой. Ведь в конце года необходимо платить налог. К тому же, вы несколько стеснены в средствах.

– Да? – напрягся я.

– Прошу прощения, но я же говорил, что навел справки. В делах подобного рода мелочи очень важны. На днях вы сняли все средства с банковского счета. Источников дохода у вас нет. Скоро платить за аренду этого дома. Одни сплошные расходы.

Билибин добродушно улыбнулся, но я понял, что это лишь маска. Он теперь походил на хищника, который почуял добычу, но старательно прячет зубы.

– Поэтому с присущей мне щедростью и глубоким уважением к вашим соотечественникам, я хочу выкупить у вас эту землю. Скажем, за сто тридцать тысяч рублей. Сумма, согласитесь, довольно внушительная.

Я даже дышать перестал. Сколько, сколько? У меня проблемы со слухом или он действительно после «сто» сказал «тридцать». А еще там было что-то со словом тысяч. Это ж сколько бабок? Да я же, да мне же… Неужели наступила белая полоса? Только мне понадобились деньги и вот появился передо мной румяный человечек, который их мне предлагал. И все бы хорошо, только меня очень смущала эта вымученная улыбочка Билибина. Как говорят, на рынке всегда один дурак, а другой подлец. Дурак не знает цену, а подлец очень хорошо ее знает. Я постарался взять в себя в руки и дышать ровнее.

– Я бы мог сдавать вам землю в аренду, – осторожно заметил я, прощупывая почву.

– Боюсь, я не могу пойти на это, – улыбка впервые на мгновение сошла с лица Билибина. – Там предстоит громадная перестройка.