— Что тут… — я посмотрела на ладони. Они просвечивали. Я видела сквозь них потрескавшиеся половицы.

Духи цветов! Может изменения происходят не с окружающими предметами, а со мной? Вдруг я истончаюсь и вот-вот исчезну?

Накрыл ужас при мысли, что это конец. Неужели, попытка вернуться домой обернулась катастрофой, и я подписала себе смертный приговор вместо того, чтобы смиренно прожить свой век в мире людей, как леди Полиана? Но в то же время где-то глубоко внутри теплилась надежда. Способ перемещения нашла мама. И не где-нибудь, а в записях Николь Соренс — сильнейшей из первых трех теней. Я не погибну. Ни за что!

— Ох…

Я сама не поняла, в какой момент поменялись «декорации». Секунду назад я видела подоконник, где в кадке плавал злосчастный лотос, и вот уже смотрю на «родные» серые стены, по которым множество раз носилась в теневом облике наперегонки с соколом.

Да-да! Я оказалась в лабиринте! В нашем лабиринте! В разные стороны убегали коридоры с ловушками. Буквально через развилку пропасть, на дне которой недавно едва не закончилась жизнь моего спутника.

— Ллойд! — позвала я испуганно, не понимая, сон это или ужасающая явь.

Если сплю, остается шанс, что парень окажется рядом.

Я коснулась стены и застонала, осознав, что вижу не теневую руку, а настоящую. Я попала в лабиринт в реальном облике. А значит… значит, я внутри портала?

Или нет. Может, я просто потеряла сознание в спальне дома леди Полианы?

Хотелось надеяться на второй вариант. Отчаянно хотелось!

Ведь так проще, правда?

— Я же сказал, что тебе не стоит здесь появляться, Кал иста Корнуэлл.

Он соткался из воздуха, не иначе. Старик с бородой, перекинутой через плечо. Посмотрел сердито. Как самый строгий на свете педагог. Но я не осталась в долгу, подарила точно такой же взгляд.

— Я не собиралась здесь оказываться. Это все лотос!

Прозвучало по-детски, честное слово.

— Я вообще не знаю, сон это или…

— Или, — бросил старик все так же недовольно, подтвердив догадку.

— Так я…

— В ином измерении.

Сердце кувыркнулось. Какой кошмар! Не имеет значения, что технически я вернулась в мир магов. Об этом никто никогда не узнает. Ни мама, ни Ллойд. Я сгину здесь, и все дела.

— Вы Саймон, да?

Вопрос задался сам собой.

— Полиана рассказала? — уточнил старик, не удивившись моей осведомленности.

Я кивнула и спросила:

— Что вы со мной сделаете? Убьете? Или предусмотрены иные «развлечения»?

Почему, собственно, нет Он давно здесь обитает Наверняка, от юноши, которого любила бабушка Саманты, не осталось и следа.

Взгляд выцветших глаз превратился из гневного в снисходительный.

— Я похож на того, кто похищает или убивает студентов? — поинтересовался старик тоном, будто разговаривал с душевнобольной.

Наверное, стоило отрицательно покачать головой, но я застыла, ибо потрясения дня явно сказывались и на теле, и на разуме. Оба отказывались работать, как надо.

— Это все Амалия, — проворчал старик и сплюнул в сторону.

— Кто?

— Жена моя так называемая. Вечно молодая и неугомонная.

— Э-э-э… — от моей способности облачать мысли в слова ничего не осталось.

Старик усмехнулся и сделал приглашающий жест рукой.

— Идем, Калиста Корнуэлл, выведу тебя наружу. Нечего тебе тут бродить. Узнает Амалия, точно убьет. Ты ей в игрушки не годишься. Кровь не та.

В голове вертелись вопросы. Кровь? Значит все-таки есть связь с Изабеллой и Адрианом? Точнее, с их семьями? Значит, похищенные студенты живы? Кейти не ошиблась, рассказывая, что видела брата? Вот только… только язык оставался приклеенным к гортани.