— Надеюсь. Но все может оказаться не так просто, как вы думаете. Его прекрасно обработали. Он глубоко верит даже в реабилитацию отца, которого никогда не знал.

— Откуда вы знаете?

— От его матери. Многие годы мы считали ее частью плана Клаузена и все эти годы жили ожиданием. Но когда встретились с ней, то узнали, что она вне всего этого. Она лишь мостик, ведущий к источнику. Кто еще, кроме Ноэля Клаузена-Холкрофта, чье истинное происхождение вычеркнуто из всех документов, но не из его сознания, согласится с условиями секретности женевского документа? Нормальный человек попросил бы юридического и финансового совета. Но Холкрофт, верный своему завету, все решает сам.

— Его следует убедить, -сказала Хелден. — Он сильный человек, человек чести. Как им удалось так обработать его?

— А почему каждый убежден в правоте своего дела? — спросил старик риторически. — Мы знаем, что есть люди, которые хотели бы остановить его. Мы читали доклады из Рио. Опыт Холкрофта с Морисом Граффом, обвинения, имеющиеся в посольстве. Все это было похоже на шараду, никто не пытался убивать его в Рио, но Графф хотел, чтобы он думал именно так.

— Графф из «Одессы»?

— Никоим образом. Он один из руководителей ложной «Вольфшанце»... единственной «Вольфшанце» в настоящее время. Я хотел сказать, был руководителем: он мертв.

— Что?

— Застрелен вчера человеком, оставившим записку, что это возмездие португальских евреев. Работа вашего братца, разумеется. Графф был слишком старым и сварливым. Он отслужил свое.

Хелден поставила стакан с бренди на пол. Она обязана задать этот вопрос.

— Герр Герхард, почему вы не разоблачили Женеву? Старик взглянул на нее испытующе.

— Потому что разоблачение Женевы — это всего лишь полдела. Стоило нам сделать это, и нас бы сразу убили. Что нелогично. Есть кое-что еще.

— Кое-что?

— Вторая часть. Кто такие «дети Солнца»? Как их звать? Где они? Основной список был составлен тридцать лет назад, он должен бытьу вашего брата. Больше сотни страниц — список где-то спрятан. Фон Тибольт скорее сгорит в огне, чем скажет, где находится список. Но должен быть еще один список! Краткий, возможно, всего на нескольких страницах. Он хранит его либо при себе, либо где-то поблизости. Это список тех, кто получит средства фонда, — доверенных людей «Вольфшанце». Вот этот список надо найти во что бы то ни стало. Вы передадите приказ солдатам Хар-Шхаалаф: предупредить перевод средств и найти список. Это наша единственная надежда.

— Я передам им, — ответила Хелден. — Они найдут его. — Она отвернулась, задумавшись о другом. «Вольфшанце». Даже письмо, написанное Ноэлю Холкрофту тридцать лет назад — умоляющее и угрожающее, — было частью этого чудовищного плана. «Они появляются и угрожают от имени орлов, но ведут себя как звери». — Ноэль мог не знать этого.

— Мог. Название «Вольфшанце» внушало благоговейный страх, было символом мужества. Это единственная «Вольфшанце», с которой связывал себя Холкрофт. Он не имел представления о другой, отвратительной. Никто не знал о ней. Кроме одного человека.

— Полковника?

— Да, кроме Фалькенгейма.

— Как ему удалось спастись?

— В основном благодаря неразберихе при установлении личности. — Герхард прошел к камину и помешал поленья кочергой. — Среди главарей «Вольфшанце» находился командир бельгийского сектора Александр фон Фалькенхаузен. Фалькенхаузен. Фалькенгейм. Клаус Фалькенгейм выехал из Восточной Пруссии в Берлин на встречу.