Филипп схватил ее за талию и развернул лицом к себе. Теперь Мередит стояла на коленях между его разведенными ногами. Он взглянул на нее и не сдержал восхищенного возгласа. Ее бирюзовые глаза сияли, черные волосы спутались и намокли, щеки пылали, губы опухли и покраснели от его поцелуев; полные груди с коралловыми сосками смотрели прямо на него. Один ее вид лишал его разума, но это было еще не все.

– Закинь руки за голову, – прошептала Мередит.

Их взгляды встретились, и Филипп понял, что она собирается делать. Она хочет ласкать его так же, как он только что ласкал ее. Он поднял руки, сцепил пальцы на затылке и взмолился, прося небо дать ему силы.

Мередит начала с локтей, потом медленно провела руками по груди, обжигая кожу. Ее глаза блестели от любопытства и желания, и Филипп решил, что никогда не видел зрелища соблазнительнее. Она опустила руки ему на бедра и, достигнув коленей, начала движение в обратную сторону.

– Тебе нравится, Филипп?

– Господи, да!

Стиснув зубы и сжав кулаки, он сумел выдержать еще одно странствие ее рук от локтей до коленей. На обратном пути она задела пальцами его напряженную горячую плоть, и Филипп не сдержал стона. Заинтересовавшись его реакцией, Мередит еще раз потрогала его пальцем, и он невольно откинул голову и закрыл глаза, отдавшись новым ощущениям. Тогда она обхватила его пульсирующую плоть рукой и осторожно сжала, и Филипп застонал, поняв, что не может больше сдерживать себя и что должен получить ее сейчас же. Немедленно.

– Сядь на меня сверху, – скомандовал он отрывисто и резко.

Ни секунды не колеблясь, Мередит положила руки ему на плечи и переставила ноги так, что они охватывали его бедра снаружи. Филипп схватил ее за ягодицы, пододвинул и стал медленно опускать на себя, остановившись лишь тогда, когда натолкнулся на преграду ее девственности. Их взгляды встретились, и, резко подняв бедра, он вошел в нее до конца, утонув в шелковой и горячей глубине ее лона.

Мередит вскрикнула, и он испуганно остановился:

– Я сделал тебе больно?

Она медленно покачала головой, и Филипп усилием воли запретил себе двигаться, давая ей привыкнуть к новым ощущениям и наслаждаясь ее теснотой и жаром. Так прошла почти минута, а потом Мередит осторожно пошевелилась, и Филипп застонал в ответ.

Он выпустил ее бедра и поднял руки к груди, решив, что она сама должна выбрать темп. Наблюдая за тем, каконамед-ленно покачивается на нем и удивление на ее лице сменяется восторгом, он ласкал ее грудь и соски. Его лоб вспотел от попыток оставаться неподвижным. Мередит двигалась все быстрее, и Филипп перестал сдерживать себя, отдавшись безумной и безудержной жажде. Схватив ее за бедра, он погружался в нее глубоко и яростно. Глаза Мередит закрылись, а пальцы впились в его плечи. В то мгновение, когда он почувствовал, как плотно сжимается вокруг него ее плоть, он дал себе волю и провалился в горячую пропасть наслаждения, увлекая ее за собой.

Когда сознание вернулось к нему, он взглянул на Мередит. Ее глаза были закрыты, а голова склонилась на грудь, как будто стала слишком тяжелой для шеи. Сердце Филиппа все еще бешено колотилось, и он смог прошептать только одно слово:

– Мередит...

Она медленно подняла голову. Их взгляды встретились, и они долго молча смотрели друг на друга. Филипп хотел сказать что-то, но не находил слов. А если бы и нашел, разве могли они описать то, что они только что испытали?

– Я не знала... – проговорила Мередит чуть слышно. – Спасибо тебе. Спасибо за то, что ты показал мне, как прекрасно это может быть.

Его сердце переполняли любовь и нежность к ней.

– И я должен благодарить тебя, потому что я тоже не знал, как прекрасно это может быть.

Несколько мгновений Мередит молчала, а потом улыбнулась, и в ее глазах блеснул озорной огонек:

– Как ты думаешь, в дальнейшем это может стать еще прекраснее?

Филипп улыбнулся в ответ, запустил пальцы в ее волосы и притянул ее губы к своим:

– Интересный вопрос.