|
Даже сам Горячев свалился нам, как снег на голову... — Сэр, я принес вам такой прогноз. — Где гарантии, Джон? Вы знаете, сколько прогнозов ложится на этот стол каждый день? Адмирал не ответил. Президент усмехнулся: — Н-да... Я вас понимаю. На то я и Президент... Ладно, можете идти, адмирал. Риктон вышел, закрыл за собой дверь. Но Президент уже не видел этого. Он сидел один, в тихом Овальном кабинете и смотрел на лица русских коммунистов, плывущие перед ним на экране. Какие-то у них действительно мафиозные лица. Поколение 30—40-летних. Одно лицо, второе, третье... СКУКА — ИЗУМЛЕНИЕ — ТОРЖЕСТВО — ОГЛЯДКА — ВЫЖИДАНИЕ... Боже, до чего они похожи на тех молодых русских матросов, которые во время Кубинского кризиса сидели тогда на открытой палубе своего корабля! Неужели в России действительно будет фашизм? Это страшно, но, Господи, сколько раз его уже пугали этим, и сколько раз сам Горячев пугал этим своих противников? А с другой стороны, даже если бы все эти типы были морскими пиратами со стальными зубами, может ли он, Президент США, одним движением отправить Горячеву их имена для расстрела?... Какой-то посторонний звук, и даже не звук, а колебание воздуха отвлекло его от экрана. Он перевел взгляд на дверь кабинета. В двери стояла его секретарша. Конечно, прежде чем впустить следующего визитера, она хотела бы знать, не нужна ли Президенту хотя бы чашка кофе. — Нет, Кэтрин, спасибо, Как зовут нашего врача, который неделю назад вынимал пулю у Горячева? — Операцию делали русские врачи, сэр. Наш врач только наблюдал. Его зовут Майкл Доввей. Он вам нужен? 4. Москва, ЦК КПСС на Старой площади. 16.30 по московскому времени. В ПОЛИТБЮРО ЦК КПСС от М. Ясногорова, Председателя Партийного Трибунала ЦК КПСС. ЗАЯВЛЕНИЕ. Сегодня, 15 августа с. г., в газете "Правда", органе ЦК КПСС, без ведома членов Партийного Трибунала опубликована речь подсудимого Н. Батурина на закрытом заседании Трибунала и объявлена дискуссия на тему "Убивать или не убивать товарища Горячева за его "перестройку"?... Эта акция „Правды" является грубым нарушением "Положения о Партийном Трибунале", где сказано: "ни один партийный или советский орган не имеет права вмешиваться в работу Трибунала или оказывать давление на его членов". Как публикация речи Батурина, так и объявленная газетой дискуссия представляют собой открытую попытку оказания давления на наше решение со стороны руководства ЦК КПСС, которым подчинена газета "Правда". В связи с этим я не считаю для себя возможным выполнять впредь обязанности Председателя Партийного Трибунала, о чем и ставлю Вас в известность. Марат Ясногоров Москва, 15 августа с. г. — А чем, собственно, мешает вам эта дискуссия? — спросил Кольцов раздраженно, упершись взглядом в заявление Ясногорова. И тут же почувствовал, как Ясногоров изумленно вскинул на него свои огромные, болезненно расширенные глаза. Словно спрашивал: "Неужели вы сами не понимаете?". Однако Кольцов не поднимал глаз от стола. |
