Около двух часов дня Эллен, Скотти и я остановились у домика охраны. Ограждение из кованого железа окружало вход. Охранник опустил пластмассовое окно и сообщил, что Зельдин ожидает нас в главной теплице, в стеклянном дворце, главной жемчужине сада.

Мы припарковались в назначенном месте, однако Мерсера пока что не было – наша машина оказалась единственной в пустом парковочном ряду. Сильный февральский ветер сбивал с ног, и мы быстро прошли по пустынным дорожкам сада. Вдоль дорожек стояли электрокары для гольфа – ими пользовались для передвижения по саду. За парадными дверями массивного здания тоже никого не оказалось, поэтому некого было даже спросить.

Под семнадцатью тысячами стекол умещался целый акр земли. Здесь было тихо и безмятежно. Мы пробыли в оранжерее почти десять минут, прежде чем из коридора появился рабочий. Он вошел в полукруглый вестибюль, окруженный зарослями пальм Нового Света. Окружавшие водоем пальмы уходили под купол здания.

– Извините, вы не видели мистера Зельдина?

Человек просто махнул рукой в направлении знака позади. Это был вход в тропическую долину.

Скотти двинулся первым. Эллен и я пошли за ним.

– Снаружи у меня даже задницу прихватило, а здесь прямо как в трейлерном парке моей теши, – проворчал он. – У меня тут все плавиться скоро начнет.

Он расстегнул пальто и ослабил галстук.

Новенькая бетонная дорожка пролегала среди густо насаженных деревьев и кустарников. Если бы не она, можно было подумать, что мы в гуще бразильских джунглей. Кругом были листья и ветви, под которые то и дело приходилось подныривать. Единственный шум издавали наши шаги и машина, разбрызгивавшая за деревьями воду.

Скотти уже начинал раздражаться.

– Зельдин? Есть тут кто-нибудь?

Его голос отозвался эхом, и я услышала шаркающий звук в маленькой хижине с соломенной крышей, она стояла в конце дорожки впереди нас.

– Что у них там? – спросила я.

На указателе с фотографией темнокожей женщины, мнущей в руках листья, Эллен прочитала:

– «Дом целителя».

– Уж я дам что исцелить этому засранцу. Здесь для меня не слишком жарко, – проговорил Скотти, смахивая ладонью пот со лба. – У них тут что, есть и обезьяны?

Над нами послышался шум, все подняли головы. Там проходила лестница из металлической сетки, окрашенная в темно-зеленый цвет и невидимая среди листвы. Она тянулась вверх вокруг пустого древесного ствола – ступеней на пятьдесят. Лестница вела к переходу, а тот тянулся вдоль всего леса. Рабочий в пятнистом комбинезоне поднялся с коленей и стал обирать с зарослей коричневые побеги.

– Эй, приятель. Ты не видел Зельдина? – спросил Скотти.

Человек откинул голову и прищурился.

– No comprende, secor. No lo se.

– У меня такое ощущение, будто я, вашу мать, в Санто-Доминго. Как вы думаете, этот парень здесь в качестве экспоната или действительно работает?

Неожиданный поворот направо опять вывел нас к какому-то помещению, похожему на поместье в викторианском стиле. Уровень влажности здесь был ниже. Над прямоугольным водоемом раскинулась и словно парила лоза – здесь росло множество водяных папоротников и каких-то других растений, окружающих статую обнаженной богини.

Скотти нагнулся, обмакнул платок в темно-зеленую жидкость и вытер лоб. Я не успела его остановить – он приложил эту слизь к лицу.

Помещение закончилось. Вниз, мимо обомшелых валунов и стены, вела наклонная дорожка. В самом низу, казалось, не ступала нога человека, здесь даже не пахло привычной средой обитания.