– Александра, это Мерсер. Мы начинаем завтра вечером. Грег Каррас приезжает с побережья. Сообщи, поедешь с нами или нет…

Психолог-криминалист был готов к охоте на условную личность. Я тоже. Я ответила на все звонки – согласилась поехать с Мерсером, поболтала с Ниной о том, как прошла неделя, оставила сообщение для Лесли, что приехала поздно и на кино у меня нет сил. Потом приняла ванну, просматривая журналы, завернулась в теплый халат, прихватила виски, булочку и роман Фолкнера и угнездилась в маленькой комнате. Фолкнера оставил Джейк.

Проснувшись в семь утра, я с радостью осознала, что из спецотдела мне никто не звонил. Шелковый Чулок пока бездействовал.

Я открыла дверь и забрала газеты. В «Таймс» – мирные переговоры на Ближнем Востоке и президентская болтовня. Малоформатные газеты были внизу стопки. На первой странице газеты «Пост» – снимок злополучного здания на Третьей улице. Я увидела скелет, похожий на марионетку, и огромные буквы: «Могила Эдгара По?»

– Да, шеф. Но я еще не читала…

Он принялся цитировать текст:

– «Полицейские гадают, является ли скелет, найденный в подвале Нью-Йоркского университета, всего лишь печальным посланием из прошлого века – или это могила Эдгара Аллана По?!» Что за бред, Алекс?!

– Я бы хотела сама прочесть…

– Мне только что звонил Маккинни и сказал, что вы в курсе этого дела. Что вы сбросили эту историю Даймонду.

Пэт Маккинни был заместителем начальника судебного отделения, жалким мелким руководителем, что называется, низшего звена. Видимо, ему нравилось пакостить. За неделю до Рождества жена выгнала его, узнав о романе с одной из сотрудниц. Теперь Маккинни делал гадости направо и налево, как будто огорчения окружающих могли смягчить его собственные страдания.

– Я знаю, в чем дело, – сказала я, – нужно было доложить вам. Даймонд раздобыл эти сведения не через меня. Извините, я была на Большой коллегии и не думала, что это заинтересует прессу. По крайней мере, пока полиция не выяснит, кто эта женщина и как она умерла.

Когда Батталья начинал злиться, лучше всего помогало ругать себя – до тех пор, пока он не остынет.

– Что там с этими костями? Рассказывайте.

Пришлось рассказать все, что я знала, однако у прокурора оказалась еще куча вопросов, на которые у меня ответа не нашлось.

Следующую часть дня я думала провести без нервотрепки. Оделась для занятий – по субботам я занималась балетом. Поверх колготок натянула теплые штаны и обулась в ботинки на бараньем меху, чтобы прогуляться по Центральному парку до танцзала. На разминку и растяжки ушло два часа. После этого я встала к станку для упражнений. Все это хорошо снимало недельное напряжение.

Потом я пробежалась до салона. Эльза и Нана немного со мной повозились – осветлили волосы и слегка укоротили их для зимы.

Возвращаясь домой, я заглянула в лавку Грейс. Купила цыпленка с лимоном и вареную брокколи. Их можно разогреть в микроволновке. Патрулировать с Мерсером предстояло с полуночи до четырех часов утра, поэтому я решила под вечер вздремнуть и поужинать перед выходом.

Когда портье позвонил и сказал, что Мерсер ждет меня, я уже была в джинсах. Надела черную лыжную куртку и спустилась к машине.

Мерсер открыл мне заднюю дверцу. Старенький «шевроле-малибу». Голубая краска поблекла и облупилась.

– У кого раздобыл? – спросила я.

– У соседского сына. Зато не будет выделяться, как такси или полицейская, – ответил Мерсер. – Алекс, это Грег Каррас.

– Очень приятно, – сказала я и протянула руку. – Спасибо, что прилетели.