Все новое подгребет под себя новый властитель края.

Так уж повелось.

— Это уж точно, — Ртуть обернулась к Алуэтте и вкрадчиво спросила:

— Но ты же была атаманшей этой шпионской организации убийц — как же ты могла этим не воспользоваться? Такой случай упустила!

Гнев закипел в груди Алуэтты:

— Я больше не имею с ними ничего общего. И кем бы я ни была, простолюдином или родственницей дворянина, я буду сражаться за то, что принадлежит мне по праву!

— Верно сказано! — одобрила Ртуть. — А что, если собственность, которую ты так горячо отстаиваешь, украдена?

— Что если в самом деле", — парировала Алуэтта, — ты к тому же бывшая атаманша разбойников?

Ртуть показала ей все свои белоснежные зубы.

— Но тебе и в тысячу лет не нажить того, чего добилась я!

— Всего-то в тысячу? — откликнулась Алуэтта. — Я надеюсь прожить гораздо больше. Когда на свете не станет уже многих… — тут у нее заныл низ живота, она почувствовала, что теряет самообладание, и их хрупкое перемирие под угрозой — но гордость не позволяла идти на попятный.

Ртуть только плечами пожала.

— Сотню — может быть. Я не доживу, чтобы увидеть это. Пусть мои дети сражаются за то, что завоевала их мать!

Алуэтта уставилась на нее, как завороженная. Как хорошо эта Ртуть умела держать себя в руках!

— А что если у них не будет прав — отстаивать свое? — вмешалась Корделия.

— Да ну? — фыркнула Ртуть. — Мы же говорим об армии завоевателей, леди! Зачем им ваши права?

Алуэтта кивнула.

— Права определяют завоеватели. Они оставляют их тем, кто не принял участия в сражении или слишком поздно пришел к дележу.

Корделия поежилась:

— Увы — бедная земля и несчастные горцы, которых так жестоко подставляют! Надо найти этого злодея Занплоку. Хотя бы узнать, кто это!

— И где мы будем искать этого коварного волшебника? — спросила Алуэтта.

— Наверняка где-то в тумане, порождающем монстров, — ответила Ртуть. — Пока не было в наших землях этого пришлого колдуна, не было и тумана. Как только мы услышали о Занплоке — тут же возникли и огры.

Ей такая логическая связь представлялась вполне убедительной.

— Но где его искать? — развела руками Корделия. — Туман может быть везде: и на земле, и на воде, и, если хотите, в горах.

— Может этот туман появляется там, где появляется колдунья? — Корделия показала на Алуэтту.

Та вспыхнула, ибо не любила, когда ее так называли.

— Если они несли Алуэтту прямиком в эти туманы…

— Тогда мы можем их выследить, — закончила за нее Ртуть. — Надо только поймать одного и допросить как следует.

— Прекрасно!

Ртуть похлопала по ножнам.

— Давайте нападем на след этих горцев, леди, и в пути подумаем над доводами, которые могли бы убедить их рассказать нам все, что им известно.

Корделия желчно посмотрела на ее ножны.

— Мы так и сделаем, если ты перестанешь постоянно навязывать свое мнение.

— А просто останешься с нами, — закончила Алуэтта с улыбкой, в уголках которой притаилась змея.

— Наши вопросы будут поубедительнее твоего меча, — торопливо пояснила Корделия.

Алуэтта оглянулась по сторонам, на пики гор и указала на одинокое приземистое деревце.