Роберт не стал возражать, тут же расплатился, и они вышли в фиолетовые сумерки вечера.

Им навстречу попалась какая-то парочка. Александра не обратила бы на нее внимания, так как пребывала в глубокой задумчивости, если бы незнакомка не закричала на всю улицу:

— Робби! Наконец-то мы опять встретились! Я жутко соскучилась!

Александра и спутник громкоголосой блондинки в изумлении посмотрели на нее, потом на Роберта, зло поджавшего губы.

— Элеонора, прекрати ломать комедию, — сказал он жестко.

Но женщина, пропустив его слова мимо ушей, протянула вперед руки и бросилась ему навстречу.

— Робби, родной… — промурлыкала она таким тоном, будто повстречала любимого, с которым по независящим от обеих причинам давно не виделась.

Роберт повернулся к наблюдающей за происходящим широко раскрытыми глазами Александре, осторожно коснулся пальцами ее руки и произнес:

— Пожалуйста, извини. Я на минуту отойду с этой особой в сторону. Только ни о чем не волнуйся. Я сейчас же все тебе объясню.

Они с Элеонорой удалились на несколько шагов, и Роберт что-то заговорил твердым, не терпящим возражения тоном. Элеонора пыталась ему ответить, но он не дал ей такой возможности. А спустя две минуты вернулся к Александре, тяжело вздохнул и произнес совсем другим голосом — нежным и утомленным:

— Пойдем.

— Мерзавец! Ты еще пожалеешь, что так обошелся со мной! Серьезно пожалеешь! — закричала им вслед Элеонора, но Роберт даже не повел бровью.

Это моя бывшая подружка, — сказал он спокойно, когда они сели в машину. — Говорит, что пытается вернуть наше совместное счастье, а никакого счастья и не было.

Алекс с удивлением поняла, что только что произошедшая на ее глазах сцена не вызвала в ней никаких бурных эмоций: ни гнева, ни ревности, ни жажды кому-то отомстить.

Вероятно, все дело в том, что Роберт повел себя настолько уверенно, решила она для себя. Не смутился, не растерялся, не отвел взгляда в сторону. Я верю ему и очень этому рада. Даже никаких вопросов не стану задавать…

Сегодня он простился с ней иначе. Доведя до дверей квартиры, обнял за тонкую талию, медленно привлек к себе и нежно прикоснулся губами к ее до головокружения аппетитному рту.

Алекс замерла, как молодая лань, напуганная появлением человека. Но не отстранилась и не попыталась сопротивляться.

— Спокойной ночи, балеринка, — шепнул Роберт ей на ухо и, убрав руки, стал спускаться по лестнице.

Некоторое время Александра стояла неподвижно, смущенная и растерянная. Потом медленно, двигаясь как во сне, повернулась к двери, открыла ее ключом, вошла в квартиру и, приблизившись к зеркалу, внимательно рассмотрела свои губы. Они, казалось, еще горели от легкого, по-детски невинного поцелуя Роберта.

Поправив волосы и сделав вид, что не произошло ничего особенного, она направилась в спальню тети.

— Ты уже вернулась? — спросила та удивленно. — Вечер такой чудесный, я думала, после ужина вы прогуляетесь.

Александра прошла к кровати, наклонилась и поцеловала тетю в макушку.

— Я спешила к тебе. Как ты себя чувствуешь?

— Превосходно, детка! Сидеть возле меня, как возле беспомощной калеки, совершенно ни к чему! — Быстрым движением она откинула одеяло, поднялась с кровати, развела руки в стороны и прошлась по комнате с легкостью семнадцатилетней девушки, демонстрируя свое самочувствие. — Вот видишь, я уже в прекрасной форме!

Губы Александры расплылись в улыбке.

— Ты молодец. Поправляешься быстрее, чем можно было ожидать.

— Потому что у меня нет времени валяться в постели, — живо отозвалась тетя.