Алекс улыбнулась.

— Твои студенты не дети и без тебя понимают, что к экзамену должны подготовиться.

— Ошибаешься, — добродушно усмехаясь, возразила тетя. — Сознательных среди студентов единицы. — Она уселась в кресло-качалку, кладя ногу на ногу. — Но я люблю этих оболтусов, жить без них не могу и другой жизни, представь себе, не желаю!

Поправлялась она действительно на удивление быстро. Ее лицо пополнело, морщинки на нем разгладились, глаза сияли прежним блеском.

— Я прекрасно понимаю, что ты соскучилась по работе, моя дорогая. Но мне кажется, думать о делах тебе еще рановато, — осторожно произнесла Александра.

— Вздор! — возразила тетя. — Если человек раскисает под гнетом бед или болезней, он слабак! Я чувствую себя нормально и не вижу смысла пролеживать целыми днями в кровати.

Наверное, на ее месте Александра вела бы себя точно так, но, как близкая родственница, вызвавшаяся ухаживать за ней, считала своим долгом перестраховаться.

— Давай поступим следующим образом: на будущем приеме спросим у доктора Уолтера, можно ли тебе понемногу возвращаться к работе. Если он позволит, сразу отправишься в свой любимый университет и узнаешь, как поживают твои студенты. А пока побереги себя.

Тетя вздохнула и нехотя вернулась в кровать.

— Ладно, уговорила. Кстати, прошу тебя, больше не вставай по утрам так рано. Я уже в состоянии приготовить себе и завтрак, и обед.

— Но… — попыталась было возразить Александра.

— Никаких «но»! — с шутливой категоричностью отрезала тетя. — Тебе нужно как следует высыпаться!

Алекс благодарно улыбнулась.

— Может, посмотрим телевизор? — спросила тетя Вилма, беря с тумбочки пульт дистанционного управления и нажимая на зеленую кнопку вверху.

Алекс покачала головой.

— Если честно, меня уже клонит в сон.

— Значит, иди и спи, моя хорошая, — заботливо прокудахтала тетя.

— Ты не голодна? — спросила Алекс, прежде чем удалиться.

— Нет-нет. Ни о чем не волнуйся, спокойно отдыхай. Доброй ночи.

Закрывшись в своей комнате, Александра прислонилась спиной к двери и прижала ладони к щекам. У нее было такое чувство, что сегодня в ее душу ворвался ураганный ветер, все в ней перевернувший. Она закрыла глаза и, с трепетом девочки-подростка, которую впервые в жизни по-настоящему поцеловали, воспроизвела в памяти прощальный поцелуй Роберта.

Два с половиной года, минувших со смерти Нельсона, она держала от себя на расстоянии всех мужчин, оказывающих ей знаки внимания. Вокруг нее как будто воздвиглась невидимая стена, при помощи которой она с легкостью удерживала сознанием в прошлом, в том времени, где с нею рядом был муж.

Сегодня же, в тот миг, когда Роберт потянулся к ней губами, ее защитная стена рухнула, и Алекс растерялась, почувствовав себя совершенно беспомощной.

— По-моему, то, чего я так боялась в наших с ним отношениях, вот-вот произойдет, — прошептала она, глядя в пустоту. — Мы влюбимся друг в друга… О нет! Только не это! Еще одной любви я просто не вынесу!

Ее сердце забилось тревожно и громко, щеки запылали. Вновь представилось, как Роберт кладет ей на талию свои сильные руки, и только сейчас она осмелилась признаться себе, что безумно его желает.

— О Господи, — бормотала Александра, раздираемая противоречивыми мыслями. — Как же все сложно в жизни… Я давно научилась обходиться без мужчин, а тут вдруг как с ума сошла…

Она долго стояла, прижавшись спиной к двери и силясь разобраться в превратностях своей судьбы.