– Точно! Сначала ведь стишки. Молодец, мальчик. Дед ведь старый совсем. С памятью плохо, – сказал это и оглядел детей.

На лицах некоторых проступило недоумение. Остальные смотрели на меня с жалостью. Докатился.

– Как тебя зовут?

– Митя!

– Отлично, Митя! Дед Мороз жаждет услышать твои стишки!

Произнеся эту фразу, я уселся на хлипкий табурет, так что мои колени едва не заткнули уши, и поманил к себе Митю. На кого то он был похож. Даже странно.

Похлопал по колену, на которое парень и забрался не без моей помощи. А потом вдруг обнял меня за шею, и тут я охренел.

– А ты можешь все все исполнить? – шепнул с недоверием Митя, так, что его услышал только я.

На нас смотрели все кругом – дети, мои друзья (ну, или не очень друзья), строгая воспиталка. Но вдруг почему то самым важным оказался взгляд самого Мити, который так и продолжал обнимать меня за шею, впиваясь пальчонками в ворот шубы.

– Могу. Могу исполнить все все, – заверил его в ответ.

Это было не так уж и далеко от правды. Даже если парень сейчас запросит себе яхту, подобная покупка не станет проблемой. Но я вдруг почувствовал – он совсем о другом.

– Я хотел бы пожелать,

Чтоб папа к нам вернулся.

Мне уже ведь целых пять!

А я о нем мечтаю.

Мда уж. Поэтический дар Митю явно миновал. Или кто там наваял ему эти стихи? И почему вдруг у меня в носу защипало? Наверняка, всему виной эта сраная борода.

– Молодец, Митя! Вот тебе конфетка!

Кстати, да. А где мешок с конфетами, или что там раздают Морозы на подобных мероприятиях?

Я ссадил с колен парня, беспомощно взглянул на Мирона. Тот все понял без слов, подбежав и вручив мне мешок с подарками.

Выудив из него какой то шоколадный набор и новомодную машинку, я всучил все это Мите.

– С Новым Годом, парень! С Новым счастьем! – пробасил от всей души.

Почему то очень хотелось, чтобы он уже отошел от меня и не смотрел этими своими глазищами, в которых плескалось что то необъяснимое.

– А желание?

Черт побери! Разве он не понимал, что я не могу вернуть ему папу, куда бы он там ни слинял? Видимо, не понимал.

– Такие желания требуют… большой подготовки. Не каждый Дед Мороз может вытащить тебе папу из своего мешка, хэ хэ хэээээ!

Кажется, это уже было из словарного запаса Санта Клауса, хотя, какая, к чертям, разница?

Стараясь не смотреть на лицо Мити, полное разочарования, и отгоняя от себя мысли о том, как несправедлив мир, я повернулся к другим детям и предложил:

– Кто еще хочет рассказать Дедушке стишок? У меня здесь очень, ну просто очень много подарков!

Ага, секретарша с ног сбилась, когда покупала все это добро. Куча кукол, да не каких нибудь, а самых классных. Машинки такие, машинки сякие. Динозавры, драконы, принцессы. Не передрались бы мальвины буратины за подобные подарки.

– Я!

– Я! Я хочу рассказать стишок!

– И я!!!

Прекрасно! От желающих выдать что то несуразное и обрести подарок отбоя нет. И почему вдруг я нашел глазами несчастного Митю, отставившего машинку в сторону? Почему посмотрел в его глаза и меня прошибло чем то непонятным?

Отвернувшись от парня, который так хотел себе отца (да мало ли их таких?), я повернулся к толпе малявок и морально настроился отрабатывать проспоренное на все сто.

– Дед Мороз (она произносила это вроде Дед Малоооосссс!), а куда ты денешься весной?

Очень хороший вопрос, девочка! Прямо в точку. Весной я как раз планировал путешествие в Танзанию. С глаз долой, под тропические ливни – вон. Погулять по рисовым полям, искупаться в океане… погреть косточки и всякое такое…

Вот только спрашивала меня малявка совсем не об этом.