Мы как раз сидели за столом и у нас в разгаре имелось чаепитие с поеданием пирога. Я пирог не поедал – аппетита почему то не было, да и крошки так и норовили застрять в чертовой бороде.

– Весной? – с нарочитым удивлением переспросил я.

– Да! Весной. Когда все будет растаивать!

Хм, а девица то дотошная. Даром, что отхватила при раздаче подарков совсем не дешевую куклу!

– А весной я растаю, да! – с воодушевлением поддержал я подобные изыскания по физике седьмого (или какого там?) класса.

– Растаеееешь? Совсем совсем? – ужаснулась девулька и даже приготовилась плакать.

– Да! Но ненадолго!

Я склонился к ее крохотному розовому ушку и прошептал:

– Когда Дед Мороз тает и превращается в лужицу, он приходит к вам летними дождливыми днями. Ты прыгаешь в лужах летом?

Блин горелый! Докатился дважды.

– Прыгаю, – с неверием девица закивала головой. – И это… в лужах… ты?

– Точно!

И чего я в театральный то не поступил? Вешал бы лапшу на уши детям на вполне законных основаниях, да еще бы и бабки за это получал.

– Ну конечно, я! Я – в каждой летней луже, которую ты увидишь! – заверил я малявку, и прежде чем она успела докопаться до еще какого нибудь агрегатного состояния Деда Мороза, объявил: – ХО РО ВОД!

– Мельников, ты мой кумир, – взоржала Сашка, сдирая с меня бороду едва ли не с мясом. Протянула какой то лосьон на ватке и проговорила: – Три лицо. Смоет.

В этом я сомневался. Казалось, весь образ сраного Мороза уже никогда меня не покинет. Но я покорно принялся тереть ваткой щеки и нос. При этом то и дело косился на дверь подсобки. Почему то очень страшно было увидеть на ее пороге разочарованные мордашки детей, которые бы вдруг поняли, что Деда Мороза не существует.

Стащив с себя всю амуницию, я бросил ту в угол. Принялся напяливать свою обычную одежду.

Вроде как… можно было просто уйти отсюда и забыть о проигранном споре. Отстегнуть сумму на спортзал для этих малолетних кровопийц и все. Но что то не давало покоя.

– Паш, ты чего? – раздался удивленный голос Мирона.

Я тут же ощетинился. А ничего, блин.

– Нормально все, – отмахнулся от приятеля. – Домой собираюсь. И подальше от этой всей хрени.

Одевшись, я зашагал в сторону выхода из детсада. Все ведь было сделано как нужно. Игрушки закуплены и розданы. У детей – случился самый настоящий праздник. Пусть и не с самым настоящим Морозом. Так какого хрена кажется, что я упустил нечто очень и очень важное?

Сев в машину, я завел движок и некоторое время просидел, глядя перед собой в лобовое стекло. Было не слишком поздно – часов пять вечера от силы. Но темень вокруг – хоть глаз выколи. И никакого праздничного настроения.

Перед мысленным взором тут же возник Митя. Его взгляд, полный разочарования и тоски. И что мне с ним нужно было делать?

А ничего. Забыть да и хрен с ним.

Только почему то не получалось.

Интересно, что там у парня за трагедия? Посмотреть бы на его маму. Кто она? Откуда? Красивая, или не очень?

Отчего представляется какая нибудь девушка с нежным именем и тоской в глазах?

Арррр! Нужно перестать просматривать новости в Гугле.

Заведя мотор, я подождал несколько минут, после чего выехал на соседний проспект и взял курс в сторону своего дома.

Кто забрал Митю из детсада, не узнал. Хотя очень хотелось. Как выяснилось позже – очень даже зря.

– Павел, как ты можешь это объяснить?!

Истеричный голос Лаймы, ворвался в мое сознание, когда я просматривал третий за день отчет. Подняв глаза на невесту (напомните мне больше не собираться жениться для того, чтобы произошло слияние корпораций), я холодно улыбнулся и осведомился:

– Если буду знать, что мне нужно объяснить, то попробую это сделать.