Теперь уже не Цемель бегал по кабинетам продюсеров, уговаривая продать нам права на исполнение, теперь у его дверей ошивалась толпа иностранцев, желающих присосаться к живительному ручейку. Что вызывало интерес у сильных мира сего и вот тут поддержка легендарного Архонта, которую помнили и боялись была как никогда кстати. Татьяна Игоревна одним своим именем отбивала охоту лезть в мои дела.

Понятное дело, делиться тоже приходилось и отдел по работе с иностранными государствами возглавил подающий надежды, молодой управленец по фамилии Пешков. Трижды правнук знаменитого писателя Максима Горького, и по совместительству, правнук Серго Берии, сына Лаврентия Павловича. Да и в некоторых других местах появились внуки-правнуки заслуженных товарищей. С этим я мирился, выставляя только одно требование — работать, а не штаны просиживать. Кто решит, что попал на синекуру — вылетит одним днём, даже если мне придётся поссориться с его уважаемым предком. Судя по тому, что товарищ Пешков лично приехал ко мне познакомиться, один из дедушек внушение ему сделал. Так что с этой стороны я проблем не ждал, хоть и был настороже.

А вот самым неожиданным результатом моей эпопеи с личём стал тот самый мотоцикл BMW R75 «Сахара», который пригнал лично Саныч, точнее привёз в кузове и выгрузил во дворе дома, который я снимал. По словам председателя, когда из дома культуры начали эвакуировать людей, Потапыч вышел на крыльцо, посмотрел на перерытую напрочь деревню, и тут же согласился, чтобы я забирал мотоцикл. Только с условием, чтобы больше к ним не приезжал, а то шибко накладно выходит. Получилось смешно, но байк я забрал и переправил домой. Пусть стоит, ждёт меня. Вернусь — починю, хоть я и был не большой любитель копаться в технике. Но всё равно, такой экспонат был хорошим началом коллекции.

Должно же быть у меня какое-то хобби, кроме коллекционирования приключений на нижние девяносто. Почему не мотоциклам? А пока я срочно дожёвывал завтрак, готовясь бежать на службу. Нужно было нагонять ребят, которые ушли куда дальше меня по программе, а отстающим быть я не любил. Ну и на полигоне надрать задницу тем, кто возомнил себе, что я ослаб. Жизнь продолжалась, но вскоре на горизонте замаячили они… Учения!

Глава 24

Глава 24

— Он мне говорит: «Спишу!». — рубанул воздух ладонью Серик. — А я ему, мол как же ты спишешь, ты на первой парте сидишь. А он заладил, спишу, да спишу. И списал!

От дружного хохота специальной роты тент заходил ходуном. Я тоже смеялся вместе со всеми, уж очень живо, в лицах Уразов изображал знакомых по институту и травил студенческие байки. Впрочем, от него не отставали ещё несколько записных болтунов, тот же Курбский у нас в роте считался главным рассказчиком, не даром же закончил журфак МГУ. Короче ехали на учения мы весело и даже с музыкой. Поскольку считались уже дедушками, как никак полтора года службы позади, то на многое офицеры закрывали глаза. Например, на портативные музыкальные колонки, подключающиеся к телефонам.

Их массово начали выпускать сразу несколько предприятий не только у нас, но и в Китае, Индии и даже Иране с Ливией, после того как год назад Советский Союз щедро продал технологии дешёвых и крайне ёмких аккумуляторов всем желающим. Можно сказать, в мире началась эта портативных устройств, а на улицах советских городов появились предвестники апокалипсиса — электросамокаты. Правда пока в небольших количествах, всё же безналичные платежи ещё массово не вошли в обиход, поэтому идея аренды дьявольских устройств пока никому в голову не пришла. Но этот день явно приближался. И, возможно, тогда во Франции это я выпустил джина из бутылки, за что гореть мне теперь в геенне огненной. Но даже это не портило моего настроения.