Ужинать мы отправились в «Дербентский столик», к дяде Казибегу. Айдин уже закончил университет, отказался от распределения и тут же уехал в тур по всему Кавказу. Мне казалось, не было ни одного аула, где бы он не побывал. И в каждом его встречали как дорогого гостя, хоть половина зрителей точно приехала с прошлого концерта. Было ощущение, что это гигантская свадьба, что путешествует из города в город и из села в село. Впрочем, это никому не мешало, зрители были в восторге, так что я туда не вмешивался. Правда, у меня было опасение, что Керимов может поймать звезду и уйти на вольные хлеба, забрав с собой все песни, что мы для него сочинили, но видимо, совесть у Айдина всё же имелась. А может он просто ещё недостаточно обнаглел.

— Какие люди! Проходите скорее, проходите! На улице прохладно, а у Казибега всегда тепло для дорогих гостей! — дядя Эмина встретил нас практически у порога, лично проводив к столику. Девочки давно уже не шугались такого яркого гостеприимства, принимая его спокойно, но с уважением к хозяину, поэтому позволили забрать свои куртки, а я так и вовсе был без верхней одежды. Добежать из машины до двери я бы и в сорокаградусный мороз смог, а сейчас, несмотря на начало ноября, даже десяти градусов ещё не было. — Семён, дорогой!!! Сколько лет, почему не заходишь? Красавиц своих не приводишь?!!

— Дела, дела, дядя Казибег, — я с удовольствием обнялся с ещё совсем не старым лезгином. — Вечно бегаю, то там, то сям. Вот вырвались к тебе покушать, а потом опять нужно бежать. Слышал, по мотивам моих игр кино снимать будут? Вот нужно к сценаристу заехать, предварительный вариант сценария почитать. Короче минуты свободной нет, чтобы передохнуть.

— Так на что ещё нужна молодость? — не стал мне сочувствовать хозяин кафе. — ты сильный и энергичный, тебе сейчас работать надо. Вот станешь старым и дряхлым, будешь сидеть как я в маленьком кафе, кормить гостей, слушать их истории и рассказывать свои. Тогда и отдохнёшь.

— Боюсь мне до этого ещё лет двести шуршать придётся, — пределов жизни энергетов не знал никто, но по предварительным подсчётам Мастера, взявшие ранг до двадцати пяти, вполне имели шанс дожить до такого срока. — А там уже коммунизм наступит, всё будет бесплатно и никаких кафе не станет.

— Даже если будет коммунизм, всё равно кому-то нужно будет вкусно кормить людей, — справедливо заметил Керимов-старший. — Присаживайтесь, сейчас хинкал принесу, афарар, амгеч, шашлык! Всё для дорогих гостей!

— Несите, дядя Казибег! — как и все энергеты мои девочки были любительницами поесть, но главное, что являлось предметом засвисти всех девушек, кому не повезло с одарённостью, при этом они совершенно не толстели, оставаясь стройными и лёгкими. — Всё несите! Мы голодные просто ужас!

Покушали мы на славу. Казибег, как всегда, был хлебосольным и кормил до отвала. Сегодняшний день не стал исключением. Мы сидели, ели, запивали вкуснейшим компотом, потому что были за рулём, да и в целом выпивали редко, и разговаривали с хозяином кафе. Обсудили карьеру Айдина, его планы обосноваться на побережье Чёрного моря, которые поддержал Иосиф Эмильевич. Я тоже был не против, понятное дело, в столице было бы лучше, но наша Москва, это не та Москва, которая осталась в прошлой жизни. Тут всё же было куда более спокойно, и я бы даже сказал целомудренно, поэтому те же Сочи куда лучше подходили для заработков. Всё-таки и Кавказ рядом, да и курортников всегда хватает.

Заодно я узнал, как там у Эмина дела.