Танцора киллер очень интересовал. По своим каналам он начал наводить справки и выяснил адрес Попова, с документами которого Таранов прибыл во Владимир. Он даже направил в Санкт-Петербург человека. Человек разыскал Попова, но вернулся ни с чем – Попов оказался алкашом и ничего вразумительного сказать не мог. Возможно, паспорт у него украли. Возможно, сам потерял. А может быть, продал за бутылку-другую водки. Причем последнее наиболее вероятно. Козырь деятельность Танцора не одобрил: – Тебе, Никита, заняться больше нечем? Ты только ментов раздразнишь. Пес знает, как цветные твой интерес истолкуют.

– Понял, – ответил Танцор, – но не нравится мне этот Пивовар. Выскочил, как чертик из табакерки… кто ему Колобка заказал?

– Колобок беспредельщик был, рвал чужое. Он стольким людям напакостил, что не сосчитать… Вот и получил свое.

– Так-то оно так, Владимир Дмитрич. Но ведь киллер из Петербурга прикатил.

– А хоть из Парижа, – буркнул вор. – Что с того?

– А вы не забыли, что к Волку люди из Питера интерес проявляли? Мы так и не знаем, что за люди.

– Брось, Танцор, мутить. Лучше займись делом. Ты лучше найди человечка из централа, который поможет Волку соскочить… нашел?

– Ищу.

– Вот и ищи, а про этого Пивовара я больше слышать ничего не хочу. Понял?

– Понял, – ответил Танцор. Но сомнения его не оставляли.

Из ШИЗО Таранов выбрался едва живой, с температурой и чудовищным кашлем. Пятнадцать суток ШИЗО – это тяжело. Это очень тяжело – кто бывал, тот знает. Многие ломались.

После изолятора Иван попал в новую камеру. Он вошел в хату бледный, представился, превозмогая кашель.

– Дайте человеку присесть, – скомандовал чей-то голос. Показалось, знакомый… Таранов присмотрелся и узнал пожилого дядьку, которого «откачивал» в ИВС. Таранов слабо улыбнулся, дядька ответил улыбкой и продолжил распоряжаться: – Чаю, перекусить, освободить шконку… присаживайтесь, Пивовар.

Иван опустился на табуретку. Дядька сел напротив.

– Ну, давайте знакомиться, – сказал он, протягивая руку. – Э-э, да у вас температура, друг мой. Рука-то горячая… как вы себя чувствуете?

– Неважно, – признался Иван. Перед ним поставили кружку с дымящимся чаем, положили два бутерброда – с курицей и с сыром. Иван покосился на пачку сигарет, и дядька догадался – придвинул к нему сигареты. Иван закурил. Уже после третьей затяжки закружилась голова.

– Про вас, Иван Таранов, мы уже слышали, – сказал дядька. – Кое-что знаем… А меня зовут Василий Тимофеевич… некоторые называют Графом.

– Очень приятно, – ответил Иван и закашлялся. Граф смотрел на него внимательно. Покачал головой, сказал:

– Паразиты… Довели человека. Ладно, сейчас вы попьете чаю, и вас посмотрит доктор.

– Должен прийти доктор? – спросил Иван.

– Напротив, он отсюда выйти не может, – ответил Граф. Все засмеялись, а бородач в тельняшке сказал:

– Я доктор. Я, правда, невропатолог, а не терапевт, но посмотреть – посмотрим.

Иван пил горячий крепкий чай. Вспоминал слова кума: ты не представляешь, как легко я могу превратить твою жизнь в ад.

– Не беда, Иван Сергеич, – сказал Граф.