|
Мы использовали его во многих составах, часто с неохотой – поскольку он являлся проверенным средством для… кхм… повышения мужской силы. И да, когда престарелый мистер Уотерс, хозяин бакалейного магазинчика на углу нашей улицы, являлся за новой порцией зелья для мужской силы, моё воображение против воли начинало подкидывать такие картинки, от которых бросало в дрожь. Я даже пыталась предложить не добавлять необходимое количество жасмина, чтобы оно не работало. Конечно, это неизбежно подмочило бы нашу безупречную репутацию, и я просто выполняла свой долг. Зато, когда очередная миссис Уотерс явилась в лавку и по секрету попросила слегка ослабить рецепт, я была только рада ей удружить. Так или иначе, повышение мужской силы – не единственное свойство белого жасмина, способного как улучшить настроение, так и создать ощущение полного счастья. Золотой подвид встречался реже, но, заваренный в кипятке, давал сильный всплеск потенции.
– То есть ты согласна? Отлично. Когда ты написала о своей догадке про элювианский плющ – это была карма. Там, куда мы направляемся, можно добыть оба этих ингредиента. – И где же это? – поинтересовалась Кирсти. – В моей деревне! – Это Виджай решил принять участие в беседе и тоже повернулся к нам лицом. – Мы отказали всем остальным участникам. С какой стати им помогать? Дикая Охота – традиция, принятая исключительно в Нове. А поскольку мы больше не являемся вашей колонией, то не имеем ни малейшего желания поощрять ваших алхимиков с их Ищейками шнырять в наших Диких землях. Но вы – другое дело. Вы – родня. – Э-э-э… Виджай, может, ты лучше будешь следить за дорогой? – спросил Арджун, схватившийся за руль, чтобы править машиной с пассажирского сиденья. К моему облегчению, Виджай снова стал смотреть на дорогу. Я заглянула через его плечо на спидометр: 160 километров в час. Да, вполне достаточно, чтобы разбиться. – Наша деревня – особенное место: по легенде, здесь жила богиня Дахарама, – сообщил он. – Богиня любви. – Ого! – удивилась я. – Дахарама была столь прекрасна, что любое живое существо влюблялось в неё с первого взгляда. Конечно, она захотела избавиться от такого количества поклонников и поселилась в самой глухой чащобе, вдали от множества людей. И это была наша деревня. – Вот как? – вмешалась Кирсти. – Насколько я знаю вашу мифологию, на звание деревни Дахарамы претендует не один десяток поселений. – Наглые еретики, – Виджай презрительно сплюнул в окно. – Только мы говорим правду. Однако он явно растерял свой пыл, и я даже рассердилась на Кирсти: зачем портить историю? – Ну, зато я ничего не знаю о вашей мифологии. Что было дальше? В легенде может оказаться подсказка, как нам дальше готовить приворотное зелье. Кирсти пожала плечами с равнодушным видом, а Виджай продолжал: – Конечно, люди всё равно приходили поклониться ей, особенно молодожёны, желающие долгой и счастливой любви. И она принимала всех паломников, но всегда разговаривала с ними из-за плотной шёлковой занавеси, чтобы её не было видно. А паломники возлагали к её ногам цветы жасмина в знак уважения и благодарности. И так Дахарама жила в мире долгое время, но нельзя не разбудить чью-то зависть, будучи прекрасной богиней. Более того – ненависть. Легенда гласит, что однажды к Дахараме не пришёл ни один паломник. А она ужасно устала, ведь уже много лет у неё не было свободного дня. Она решила отдохнуть, прогулявшись по джунглям, и заодно собрать пищу и дрова. Своих добровольных помощников она отпустила на весь день. Но богиня не знала, что паломников не было из-за козней завистливой богини Лакиши – её сестры и противницы во всём. Лакиша нарочно отвадила паломников, чтобы застать Дахараму одну. И вот, когда Дахарама ушла в джунгли, Лакиша натравила на неё своего фамильяра[2], огромного белого тигра, которого звали Гар. |
