– Думаю, я бы тоже очень обиделась, если бы была человеком, а кто‑нибудь обозвал меня демоном, – прокомментировала Иезавель.

– Особенно после того, как он вытащил нас из паршивой передряги, – добавил ударник.

– Утешили, нечего сказать, – сказала Луи‑Мэй.

Орб убежала в свою комнату, бросилась ничком на кровать и заплакала. Она даже не заметила, как Иона поднялся в воздух, развернулся и лег на первоначальный курс.

А что еще она могла сделать?

12. ВЕЧЕРНЯЯ ПЕСНЬ

Шло время, но Наташа не возвращался. Музыканты дали на Гавайях несколько концертов и благополучно вернулись на континент. Теперь, когда Орб знала Дневную Песнь, она уже не боялась танцующих скелетов. Более того, она даже сомневалась, что они еще существуют. Девушка была очень благодарна Нату за то, что он научил ее этой песне, и очень хотела поблагодарить его. Если бы она только не оскорбила Ната нелепым испытанием!.. Но Орб до сих пор не понимала, как еще можно было воспользоваться предупреждением Хроноса и Танатоса.

Луи‑Мэй сокрушенно качала головой:

– Лучше бы ты сама разыскала его. У нас сейчас как раз несколько свободных дней. Может, вернемся на равнину Ллано, чтобы ты могла поискать Ната…

– Если бы он хотел, он бы и сам пришел, – грустно ответила Орб.

– Он же мужчина, со всей этой их глупой мужской гордостью. Он хочет, чтобы ты сделала первый шаг. Выйди, спой для него, и он услышит.

– Ты думаешь? – с надеждой спросила Орб.

– Я не так уж хорошо знаю мужчин, однако Иезавель настоящий спец. По ее словам, мужчины нуждаются в чувстве превосходства. Они искренне считают свое животное вожделение чем‑то возвышенным и прекрасным. Притворись, что ты не можешь без него жить.

– Не думаю, что мне надо притворяться, – пожаловалась Орб.

Луи‑Мэй печально улыбнулась:

– Я знаю, как это бывает. Притворись, что ты притворяешься. Ни один мужчина, живой или мертвый, не сможет долго сердиться на тебя, если увидит, как ты поешь, танцуешь и просишь прощения.

– Не хочу просить прощения! У меня тоже есть гордость!

– А какой толк от твоей гордости, если он уйдет? Какой толк от моей, если у меня не будет Дэнни?

– Почти никакого, – согласилась Орб. – Нат попросил разрешения ухаживать за мной, и я думала, что это не всерьез, но стоит мне услышать, как он поет… – Девушка покачала головой. – Я просто хочу быть с ним.

– Да, петь он умеет, – согласилась Луи‑Мэй. – Я думала, никто не может сравниться с тобой, но…

Она пожала плечами.

– Петь он умеет, – повторила Орб. – По‑моему, я живу теперь только для того, чтобы петь с ним вместе.

В комнату вошла Иезавель.

– Кто‑то поет так же хорошо, как Орб? Никогда не поверю!

– Как не поверишь? – удивилась Луи‑Мэй. – Ты же там была! Неужели тебе не понравилось?

– Где – там?

– Там, на спине у Ионы, когда он спустился к океану, а Орб танцевала со скелетами.

– Что Орб делала?

Тут уже не только Луи‑Мэй, но и Орб непонимающе уставились на суккуба.

– Ты что, не помнишь? – спросила Орб.

– Конечно, нет! О чем вы говорите?

Орб и Луи‑Мэй переглянулись. Неужели у Иезавели такая короткая память?

– Может, это был сон, – дипломатично предположила Луи‑Мэй.

– Демоны никогда не спят, – пожала плечами Иезавель.