Окинув взглядом оборону наружного периметра, он посмотрел на меня, и на его обычно жизнерадостном лице появилось озабоченное выражение.

– Мои камбоджийцы будут держаться как надо, однако, когда начнется атака, вьетконговцы в конце концов все же прорвутся через наружную проволочную защиту, и нам придется врукопашную сражаться с ними между двумя периметрами.

– А вы уверены, что наступление действительно состоится?

– Они просто не могут не атаковать. ВК уже раструбил по всем окрестным деревням, что обязательно отобьет Фан Чау, после чего сотрет с лица земли все деревни, сохраняющие лояльность Сайгону. В противном случае это будет означать для них потерю лица. ВК понимает, что с каждым днем мы становимся все сильнее.

Корни направился в сторону казармы своей группы.

– Я намерен доложить Трэйну всю правду, ничего не утаивая, – решительно произнес он. – Он пробудет в спецназе еще не менее трех лет, а то и все шесть, если ему продлят срок, и ему просто необходимо получить те знания о нашем деле, которые не даст никакая школа. Разумеется, он может отстранить меня от командования, однако еще до отъезда из Вьетнама все же поймет, что я был прав.

Точно в назначенный срок, в час тридцать, с наружной стороны лагеря приземлился вертолет. Корни, Шмельцер и вернувшийся из города капитан Лан вышли встречать подполковника Трэйна и его сопровождающих из группы Б. Подполковник спрыгнул из вертолета на землю и по очереди пожал всем руки. Походя он спросил меня, насколько интересной оказалась данная поездка. Следом за подполковником из вертолета вылезли капитан Фарнхэм из разведки и его сержант с большим черным чемоданом в руке.

Миновав двое ворот, мы прошли на территорию лагеря, после чего Корни спросил, кто хочет выпить прохладительных напитков. Трэйн покачал головой и проговорил:

– Давайте сразу приступим к делу.

– Добро, – кивнул Корни. – Унтер-офицеры Нгок и Фальк являются представителями разведки. Они проводят капитана Фарнхэма в помещение для допросов, где он и сможет расположиться.

Трэйн кивнул.

– А нам с вами, Корни, надо поговорить в каком-нибудь безопасном месте. Высокое командование и посольство поручили мне получить у вас ответ на ряд довольно странных вопросов, имеющих отношение к вашей текущей деятельности.

– Мы можем пройти в оперативную комнату, сэр.

Трэйн вынул сигару изо рта и, повернувшись ко мне, виновато улыбнулся.

– Прошу извинить нас за то, что мы уединимся примерно на час. Кстати, рекомендую пока посмотреть полиграф в действии.

Сержант Ститч поставил свой аппарат на стол. Со всеми датчиками, электродами и аккумуляторами он производил поистине внушительное впечатление. Переводчик, Нгок и лейтенант Кау принялись с неподдельным интересом рассматривать прибор.

– Ну что ж, – сказал капитан Фарнхэм, – приводите пленных по одному. – Затем он поинтересовался у Фалька, какого рода сведения тот желал бы получить.

– Сэр, нам важно знать, действительно ли они были засланы сюда командованием ВК. В том случае, если окажется, что это так, мы бы хотели узнать также имена других бойцов лагеря, сочувствующих вьетконговцам. Затем нас интересуют подробности предстоящего наступления на Фан Чау. Насколько нам известно, оно было запланировано на минувшую ночь, однако мы вовремя упредили их.

Фарнхэм пристально посмотрел на сержанта разведки.

– Эти вопросы также весьма интересуют подполковника Трэйна. Какого черта вы здесь натворили? Следом за ними вторглись на камбоджийскую территорию?

– Сэр, насколько мне известно, капитан Корни намеревался лично обсудить эти вопросы с подполковником.

– Ну ладно, – буркнул Фарнхэм и повернулся к своему сержанту.