|
— Этих двоих я кажется припоминаю. Из Военно-воздушно госпиталя… Хирурги оба! Точно! Гуссейн Гардашевич — это черный, а второго не помню… Этих не знаю. Постойте-ка, постойте-ка, а кто у нас там возле туалет курит?».
У профессора аж округлились глаза от удивления. Несколько секунд он оглядывался по сторонам, пытаясь понять этого человека видит только он один или нет. Наконец, до него дошло, что тот человек реален, как и все остальные. Вишневский, стиснув зубы, двинулся в его сторону.
— Если мне не изменяет память, Костромской, — сквозь зубы пробурчал он, останавливаясь напротив врача, который так его взволновал. — Что-то я не могу понять, кто вам разрешил находиться в этом месте? Вы мне скажите, что делает шарлатан и прожектер в месте, где спасают жизни людей? А? — Последний вопрос, состоящий из одной буквы, профессор буквально выкрикнул, привлекая к себе внимание.
Все стоявшие в зале — врачи, несколько медбратьев и с десяток людей в форме заинтересованно уставились в их сторону. Чувствуя поддержку, Вишневский усилил напор:
— Я не позволю, слышите, не позволю позорить советскую науку и вверенное мне Партией учреждение в такое страшное время! Выйдите вон! — его крючковатый палец на вытянутой руке резко ткнулся в сторону выхода на поверхность. — Вон!
Виновник всего этого переполоха молча курил. Он стоял возле открытого окна и неторопливо затягивался. Было видно как сигарета медленно превращалась в пепел, за падением которого он продолжал завороженно наблюдать.
— Вы, что меня не слышите? — глубоко уязвленный такой реакцией, вернее ее полным отсутствием, Вишневский набрал в грудь еще больше воздуха. — Кто вам разрешил здесь находиться? Потрудитесь объясниться!
Наконец, в кончиках пальцев застрял крошечный сигаретный огарок, который окурком то назвать сложно. Костромской поднял голову и удивленно, словно всех этих людей видел в первый раз, осмотрелся.
— Не надо кричать, уважаемый профессор… Вы мне делаете больно, — с характерным акцентом рассмеялся он. — Вы меня спрашиваете, кто мне позволил?! Таки я вам отвечу… Партия и Правительство! Так что я стою здесь рядом с вами на полном серьезе, понимаете милейший профессор?
Тот побледнел после этих слов.
— Товарищи, товарищи, послушайте меня, — наконец, раздался властный голос, мгновенно разведший их по разные стороны баррикад. — Сейчас вам объяснят для чего, вы были собраны.
Из одной из дверей вышел подтянутый человек со знаками капитана государственной безопасности. Малейшие шуршания и движения мгновенно стихли. Люди внимательно слушали. Стоявшие позади своих коллег осторожно привставали на цыпочки.
Вошедший пригладил свои волосы и сразу же надел фуражку.
— Меня зовут Смирнов Игорь Владимирович. Каждый из вас, кто был сюда доставлен, является признанным экспертов в разных областях медицинского знания. Здесь есть и хирурги, и неврологи, и физиологи и многие другие. Сейчас вам будет представлен некий образец человеческой ткани, после изучения которого вам необходимо подготовить развернутый отчет об основных свойствах данного образца. Срок не более суток… Отчет пойдет на самый верх. А теперь пройдемте.
Оббитые металлом створки дверей тихо отворились и вошедшие очутились в залитом светом помещении с низкими потолками. Вот тут-то Вишневский и вспомнил о горячем чае и теплых халатах. На врачей смотрели длинные ряды тел, укрытых серыми простынями. Морг был переполнен…
— Профессор, оденьте, — его ассистент заботливо накинул на его плечи толстый халат и повернул в сторону дальнего угла помещения, где виднелся боец винтовкой. — Нам кажется сюда…
Перед собравшимися, тесно обступившими длинный стол, предстал небольшой ящик размером с футляр для скрипки. |