— Хвастать не буду, — Митяй погладил мускулы на руках, — но пока я всех перебарываю. Насчёт слабого — это, наверно, Никитка Краюхин. Он всем уступает. Добрых ребят у нас мало. А вот кто злой — так это Гошка Шарапов. На всех кидается.

— Это какой Гошка? — оживилась Елька. — Александры Шараповой сын? Знатной свинарки?

— Он… А ты откуда знаешь про его мать? И какая же она знатная! — фыркнул Митька.

— А я в газетах читала, — не унималась Елька. — И про Гошку знаю. И что ребята подарок колхозу готовят.

— Забавляются «поросячьи хвостики», — отмахнулся Митяй. — Делать им нечего!

— Нет, это очень интересно, — заявила Елька и попросила познакомить её с Гошкиной компанией.

— Ещё чего! — буркнул было Митяй, но, вспомнив наказ отца подружиться с председателевой дочкой, повёл её к Шараповым.

Гошка, Никитка и Борька только что подогрели молоко для «шпитомцев», как в избу неожиданно ввалился Митяй. Вслед за ним вошла девочка в короткой заячьей шубке, в синих лыжных штанах и пушистой вязаной шапочке. Из-под шапочки торчали жёсткие косички, похожие на закруглённые рожки молодого баранчика.

— Вот, — кивнул Митяй на заячью шубку, — дочка нового, председателя Карасёва. В нашем классе будет учиться.

— Здравствуйте! — тряхнув косичками, сказала девочка. — Меня зовут Нелли, Нелька, а проще всего Елька. А вас как?

Помявшись, мальчишки назвали свои имена.

Елька улыбнулась и покосилась на бутылочки с молоком.

— Шпитомцев поить будете? Да? Где они у вас, покажите!

Гошка нахмурился:

— Каких шпитомцев?

— Ну-ну, не хитри… — Елька погрозила ему пальцем. — Помнишь, в машине вместе ехали. Я всё слышала.

Гошка переглянулся с Никиткой и прикусил язык.

— Чего уж там, — махнул рукой Борька. — Показывайте, раз проболтались.

— Да вы не думайте, я никому не выдам. Раз тайна, это очень интересно.

И она принялась рассказывать, как работали пионеры из их городской школы. Они часто ходили в пригородный совхоз и помогали телятницам и свинаркам. Она, Елька, с подружками ухаживала за поросятами, кормила их, чистила, даже получила за хорошую упитанность молодняка благодарность от заведующего фермой. Так что поросят она совсем не боится, и ребята могут смело взять её в свою компанию.

— Вот хоть сейчас проверьте. Давайте, я шпитомцев покормлю, — заявила Елька, выхватив у Гошки бутылочку с молоком.

Пришлось мальчишкам показать девочке своих поросят.

И верно, Елька довольно ловко управлялась с ними. Разговаривала с поросятами ласковым голосом, чесала им спины, шеи; у особенно нахальных вовремя отбирала соску, слабым и нерасторопным давала пить молоко подольше.

— Да они же у вас крепенькие, резвые, — похвалила Елька «шпитомцев». — Пора уж им кисели готовить, кашу. И минеральную подкормку надо давать.

— А ничего девчонка… дело понимает, — шепнул Борька ребятам. — Может, примем её к себе?

— Примем, коли так, — кивнул Гошка.

— А знаете, чего я вам привезла, — сказала Елька мальчишкам, когда, покормив поросят, все вернулись в избу.

Она вытащила из кармана бумажный свёрток, сорвала с него верёвочку и принялась раскладывать на столе пожелтевшие газетные вырезки. Были тут и статьи, и очерки, и короткие заметки о делах и людях Клинцовского колхоза, и фотографии отдельных колхозников.