Юноша как раз дошел до конца улицы. Здесь был спуск на следующий ярус — вырубленный в камне подземный переход. Джо занес было ногу над ступенькой, но тут из тьмы навстречу ему вынырнула стройная женская фигурка. При виде юноши дамочка тихонько ахнула и застыла на месте как вкопанная. Джо ухмыльнулся и подмигнул.

— Привет, красотка!

— Что ты здесь делаешь?! — приглушенно воскликнула незнакомка. — Ты что, не знаешь — твои портреты расклеены по всему городу!

— Мои?! — изумился Джо.

— Ну а чьи же еще! Я удивляюсь, как у тебя хватило безрассудства вернуться в Джеппу, да еще расхаживать тут с открытой физиономией… Ох, да опусти же вуаль наконец!

Джо, пожав плечами, подчинился. Женщина торопливо взяла его за руку и увлекла за собой в одно из ответвлений зеленого тоннеля улицы, к ближайшему строению. Вывеска над дверьми этого дома гласила «Прозрачные услады», а незамысловатый, но довольно изящный рисунок весьма прозрачно намекал на то, что одной только помывкой вышеозначенные услады не ограничиваются. Поднявшись на цыпочки, женщина легонько постучала в ставень. Очевидно, это был условный сигнал, потому что дверь тут же приоткрылась. Незнакомка потянула Джо за собой, ему показалось, что женщина под вуалью довольно улыбается.

Из-за ближайшего дерева бесшумно возник Танто. Мешка за его спиной больше не было: вместо выцветшего походного наряда герцогский телохранитель облачился в штаны и куртку разнообразных оттенков зеленого и оливкового. Эта одежда была расшита мелкими лоскутами ткани, так что уже в нескольких шагах разглядеть человеческую фигуру на фоне густой листвы становилось невозможно. Перебежав улицу, Танто приник к двери и застыл, вслушиваясь; после чего с обезьяньей ловкостью залез на крышу и притаился там меж огромных разлапистых листьев.

Стоило Неуловимому Джо оказаться за дверью, как женщина ловким движением сорвала с него шляпу, рывком сдернула собственную «паранджу» и, пробормотав что-то вроде «ну здравствуй, гад», одарила его страстным поцелуем. Дурко выкатил глаза. Дамочке — довольно симпатичной, как он мельком успел заметить, все же было на вид лет сорок; но пикантность ситуации заключалась еще и в том, что целовала она отнюдь не губы, а ухо — целовала долго, смачно постанывая, засунув внутрь мокрый горячий язычок и сладострастно вращая им. Когда женщина наконец оторвалась от своей добычи, в ухе Неуловимого стоял звон, ширинку распирала нешуточная эрекция, а сам он чувствовал себя так, будто его только что поимели неким утонченно-извращенным образом. Дамочка хрипловато рассмеялась.

— У тебя такой же глупый вид, как и в первый раз! Что, забыл уже старушку Бланш? Ах ты сучонок… Ну пойдем, пойдем…

Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж.

— Где ты шлялся, хотела бы я знать? Обгореть еще ухитрился…

— Да я это… — неопределенно ответил Джо, входя вслед за хозяйкой в комнату.

Спустя секунду дамочка взвизгнула и отпрыгнула в сторону, переводя расширенные глаза с Джо на сидящего посреди огромной двуспальной кровати парня.

— Вот так номер! — спокойно произнес голый по пояс юноша, почти точная копия Неуловимого Джо, разве что слегка моложе и без ожогов. — Я смотрю, ты нашла мне замену, Бланш? По крайней мере, вкус тебя не подвел…

В руке парня, словно по волшебству, возник большой, с облезлым воронением револьвер; он принялся задумчиво вертеть его на пальце. Бланш испуганно пискнула.

— Займись своими ундинами, что ли! — небрежно бросил двойник Джо. — Какие-то они у тебя нечесаные… И ванну мне приготовь. А нам побазарить надо. Да ты не ссы, смертоубийства устраивать не буду… Я сегодня добрый.