— Наша русалка не менее скрытна, чем ее подопечный! — рассмеялся Кван. — Впрочем, с такими умопомрачительными формами ей успешно удается не заострять на этом внимания… Но вытянуть из девочки какие-то подробности вряд ли получится, говорю сразу… Мне, например, не удалось, лишь заработал парочку косых взглядов от пана Пшелвдупского… Збышек, как вы, наверное, заметили, отчаянно и безнадежно влюблен.

Минули сутки, потом еще одни, и еще. Вынужденное безделье начинало доставать Сан Саныча. Густо заросший зеленью островок, поначалу казавшийся изумрудным волшебным гротом, все больше уподоблялся тюремной камере. За это время Адорабль расспрашивал Гаргулова бессчетное количество раз, интересуясь жизнью и порядками Мглы, а перехватить инициативу почему-то никак не удавалось. В конце концов сходство с заключенным, которого тягают на допросы, уже не вызывало у капитана сомнений. Когда Сан Саныч готов был взбунтоваться, Адорабль вдруг резко сменил тактику.

— Терпение, Цан-Цан, просто немного терпения… Я все понимаю, ты человек действия; но сейчас такой момент, когда требуется выждать. Видишь ли, покуда мы не располагаем достаточной энергией для перестройки смыслового поля, тут надо действовать наверняка — иначе мы рискуем оказаться в полной заднице, извини за такую подробность…

— Так давай найдем этот хренов поезд! — рявкнул Сан Саныч и раздраженно пристукнул кулаком по выступающему древесному корню. — Нехай твои герильясы отыщут чертову железку, устроимся там караулить…

— Не все так просто, — вздохнул Адорабль. — Начать с того, что никаких железных дорог тут и в помине нет.

— То есть как?! — не понял капитан. — Я же сам…

— А вот так. Здесь каждый город — это вещь в себе, любимая игрушка своего хозяина, и с другими никак не связан…

— Но…

— Думаешь, я поленился проверить твой рассказ? — прищурился младенец. — Хорхе и его ребята облазали там каждый куст… Да подожди ты! Знаешь, что интересно?

Гаргулов пожал плечами.

— Здешний фольклор. Об этой железке давно ходят всякие небылицы. Аристопал — он древний, Цан-Цан… Легенды, предания, сказки — этого добра хватит на дюжину городов; ты просто не имел возможности пожить среди местных… Бошки аборигенов буквально забиты всей этой мистической хренью, да и жизнь здешняя тому способствует, понимаешь ли… Так вот, одна из самых мрачных легенд как раз и повествует о поезде-призраке.

— Хм… А точнее?

— Да что точнее! — Адорабль пустил носом пузырь и раздраженно сморкнулся в два пальца. — Там столько муры накручено — полночь, кладбища, таинственные незнакомцы, страшные клятвы, жертвы, расписка кровью… Фольклор, я же говорю… Голимый фольклор. И тем не менее, кое-что заставляет меня отнестись к этим россказням серьезно: твоя собственная история… И вороны Фигассэ.

— Опять Фигассэ…

— Да, опять. По моим данным, в Аристопале сейчас несколько сотен этих тварей! Неслабо, а — по сравнению с двумя десятками первоначальных, из «птичьего цирка»?! Я, например, знаю способ переместить в иной пазл реальности трех-четырех человек, не более. В общем, у меня будет много вопросов к его долбаной светлости, когда мы наконец захватим этого негодяя. Я предлагаю тебе заключить соглашение, Цан-Цан. Ты помогаешь мне; я, в свою очередь, устраиваю для тебя очную ставку с герцогом — можешь вытрясти из него все, что тебя интересует, и не слишком стесняться в средствах. Таким образом, ты найдешь этого своего…

— Джо. Джо Дурко.