Горм сел на место, и поднялся Ктаар.

– Я поддерживаю выдвинутую кандидатуру, – сказал он.

Все начальники штабов понимали язык орионцев, и переводчики трудились лишь для тех штабных офицеров, которые его не знали.

– Кандидатура выдвинута и нашла поддержку, – официальным тоном заявила Ханна Аврам. – Предлагаю начать прения.

Ттаржан «вспорхнул» с неуютного на вид кресла, напоминавшего хитроумный проволочный насест.

– Ггоспожа ккомандующий, ппредлагаю ссчитать ккандидатуру еддинодушно уттвержденной ббез гголосования.

Норак тут же пробасил несколько слов в поддержку этого предложения. Ханна Аврам улыбнулась и заговорила менее официальным тоном:

– Полагаю, в дальнейшем обсуждении нет необходимости. Господин адмирал, прошу вас вести заседание…

– Давай-ка выпьем!

Откинувшись на спинку кресла, Антонов перевел дух и расстегнул воротник кителя.

Ханна Аврам лукаво взглянула на него:

– Вы уже переманили к себе начальника разведотдела моего штаба, Иван Николаевич, а теперь, как обычно, пытаетесь меня споить?.. Ну ладно! Будем здоровы!

Она взяла стакан с водкой, но не успела поднести его к губам, как нахмурилась и пробормотала:

– Да, здоровье нам теперь понадобится. А где оно – наше былое здоровье?!

– Будет тебе, Ханна. Чего ты киснешь?! Ты ведь не русская!

Иван Антонов залпом осушил свой стакан.

– Пей! Не тяни кота за одно место! – добавил он по-русски:

Ханна Аврам сделала осторожный глоток и снова улыбнулась:

– Я-то не русская, а вот мои далекие предки когда-то жили в России. В свое время они наверняка тоже воздавали должное водке… Кроме того, мне знакома эта русская фраза.

– Вот как? – с философским спокойствием сказал Антонов. – Удивительно, сколько вокруг народа, чьи родственники когда-то уехали из России. Отчего бы это?

– А вы пораскиньте на досуге мозгами, – с хитрым видом посоветовала ему Ханна.

Они с Антоновым одновременно рассмеялись и некоторое время сидели молча, с довольным видом разглядывая друг друга. В тот вечер была хорошо видна звезда «В» Альфы Центавра. Это ярко-оранжевое светило сверкало сквозь высокое окно кабинета Антонова, затмив собой почти все остальные звезды даже на чистом безлунном небе. Хотя в этом полушарии Новой Терры все ночи были безлунными, потому что гигантская «луна» под названием Эдем постоянно висела над другой стороной планеты, давным-давно остановившей небесный путь своего спутника. Обитатели противоположного полушария населяли архипелаги, торчащие из океана, вспучившегося в вечном приливе, и постоянно наблюдали похожую на Землю планету, закрывающую солидную часть их неба.

Новая Терра была очаровательной планетой. Пожалуй, единственным ее недостатком были неудобные сутки. Планеты-близнецы совершали оборот вокруг общего центра за шестьдесят один час с минутами. Ханна Аврам еще не успела к этому приспособиться. Она утешала себя, вспоминая, как пять с половиной столетий назад кто-то в шутку высказался о существовании «братства по неудобству», ведь такие сутки раздражали не только землян, но и их союзников, прибывших с планет, больше напоминавших течением своего времени не Новую Терру, а прародину-Землю.

Наконец Антонов нарушил молчание:

– Ну что, Ханна, как твоя семья?

– Да ничего, – ответила Ханна тоном, в котором прозвучали едва заметные нотки грусти.