|
Благодарю вас за визит. Ваше письмо будет опубликовано полностью. Читатели сами решат, на чьей стороне правда. Гренвиль (подойдя к двери). Вы уверены, сударь, что ваше поколение "прокладывало путь в неизведанное"? (Он улыбается.) Ну что ж, пусть мысль эта служит вам утешением: без него старость ваших друзей была бы очень горькой... Позвольте вам, однако, заметить, что эти так называемые освободительные истины не принесли настоящего освобождения большинству из ваших современников! Баруа (спокойно). Возможно. Но они полностью освободят наших потомков... (Улыбаясь.) Да и ваших, господа! II Здание редакции "Сеятеля" Мари, поднимаясь по лестнице, сталкивается с невысоким старичком. Мари. Здравствуйте, доктор. Доктор (вежливо приподнимая шляпу). Мадемуазель... Мари. Я дочь господина Баруа. Доктор (улыбаясь, протягивает руку). Простите, мадемуазель... Мари. Очень рада, что встретила вас, доктор. Я хочу спросить о здоровье отца! (Толкая дверь пустого кабинета.) Я вас недолго задержу. Доктор (следуя за ней). Но, мне кажется, мадемуазель, вы напрасно тревожитесь. Наш больной чувствует себя сегодня гораздо лучше. Через несколько дней... Но открытый взгляд ее строгих глаз останавливает его. Мари. Вы можете сказать мне правду, доктор. Особые обстоятельства требуют этого. Я уезжаю в Бельгию и там вступлю в монастырь. Через несколько месяцев я уже больше не увижу отца... (Преодолевая волнение.) Я говорю вам об этих подробностях, чтобы вы поняли меня... Но нынешний приступ меня беспокоит. Я чувствую, что отец серьезно, очень серьезно болен. Он так изменился за последние два года. Доктор. Да, мадемуазель, здоровье господина Баруа действительно подорвано... (Спохватываясь.) Но болезнь не помешает ему еще долго прожить, при соблюдении некоторых мер предосторожности и соответствующего режима... В возрасте господина Баруа нужно быть готовым ко всяким неприятностям... Мари (поспешно, с суровым выражением). Значит, болезнь его неизлечима? Доктор колеблется, но взгляд Мари вынуждает его к откровенности. Он утвердительно кивает головой. Короткое молчание. Доктор. Повторяю вам, мадемуазель, болезнь может протекать очень, очень медленно... Переутомление, особенно публичные выступления понемногу разрушали сердце. С другой стороны, у вашего отца, еще в детстве, наблюдались признаки... анемии. Его энергично лечили, и болезнь удалось остановить; более сорока лет он не чувствовал ее последствий! К несчастью, он заболел плевритом, который мы лечим вот уже... Мари. |
