— И как часто мне с ним видеться? А когда он назад в Тверь поедет, мне за ним отправляться что ли?

— Видеться как можно чаще, а в Тверь Боголюбов в ближайшее время точно не поедет, можешь не переживать, — отмахнулся Пантелеев.

— А как же учеба?

— Она считай окончена. Лекцию прослушаешь, завтра сюда за документами о завершении обучения зайдешь. Ну а затем на склад сходишь, оружие получишь.

— Боголюбов кутить любит, а у меня из официального дохода — лишь мой пансион по ранению. Да и что ему говорить, если спросит, чем я в Москве занимаюсь?

— А до этого ты ему что говорил?

— Ничего. Молчал и уходил от темы.

— Пристроим тебя куда-нибудь, — буркнул Пантелеев. — Завтра как раз будут официальные назначения, так что смотри — не опоздай. Там и придумаем тебе легенду и задание дадим. Настоящее, — подчеркнул голосом Пантелеев. — Боголюбова тебе Савелий Лукич вручил. Считай, что это его личная просьба-поручение, которую я тебе игнорировать искренне не советую. Теперь идем на лекцию, — подвел он черту под разговором.

Уже взявшись за ручку двери, я не выдержал и спросил.

— Вы ведь знали, что я за Боголюбовым слежу. С самого начала. Для чего была угроза убрать меня из оперативной работы? Вы ведь тоже оперативник, понимаете, насколько мне важна эта должность.

— Чтобы не расслаблялся. К тому же, рассорься ты с Боголюбовым и стал бы неинтересен в качестве его соглядатая. И я бы тогда свою угрозу выполнил, можешь не сомневаться. Да и на роте у тебя жизнь бы не закончилась. Я вообще в архиве начинал, но сейчас — сам видишь, где я.

Я молча кивнул, про себя подумав, что теперь стала ясна его тяга к отчетам. Чернильная душонка, что еще с него взять?

Когда мы подошли к лекционному классу, Пантелеев первым постучался и заглянул внутрь.

— Павел Георгиевич? Понимаю, что лекция уже идет, извините, что задержал одного из курсантов.

Затем уже зашел я и окинул взглядом аудиторию. Остальные участники нашей группы встретили меня по большей части заинтересованно-равнодушно. Лишь Селиверстов поморщился неодобрительно. Видимо для него мое опоздание как личный вызов. Слава богу, что не он преподаватель. Чувствую, будь я его студентом, то меня бы он в класс не пустил.

— Проходите, Бологовский, — тем временем указал ротмистр на свободную парту. — Благодарю, Юрий Николаевич. Итак, раз у нас вынужденно опоздавший, для него я тезисно повторю все, что сказал ранее. Это и вам будет полезно для закрепления материала.

Естественно никто из курсантов возражать не стал, даже если кому-то это и не понравилось.

— Сегодня мы кратко изучаем международную обстановку и ее влияние на внутреннюю политику нашей империи. А также то, как связаны с этим запрещенные партии и кружки, с которыми мы боремся. У любого государства есть внешние враги и внутренние. Но кроме этих четких категорий есть и еще одна группа людей и организаций, которых можно выделить отдельно. Те, кто преследует лишь свои собственные интересы и, следуя им, могут как работать на врага, так и действовать против него в связке с нами. Враги, скрывая свои намерения, часто притворяются друзьями, люди из третьей группы в любой момент могут посчитать, что им выгоднее предать, чем выполнить взятые на себя обязательства, и интересы всех сторон так тесно сплетены между собой, что понять мотивы и стремления отдельных лиц не каждый дипломат сможет. Но мы слава богу не дипломаты, работаем с конкретными преступлениями и уже «засвеченными» лицами.