Есть! Стоящие по бокам от задиры парни сделали первый пока еще неуверенный шаг назад. Тот это тоже заметил и попытался исправить настрой своих друзей в свою пользу.

— Да что вы его слушаете? Думаете, он выстрелит в нас? Да он просто пугает! Если он применит оружие против нас, его ждут гораздо большие проблемы! Он не посмеет!

Аргументы у него хлипкие, больше давит голосом, но парням хватило и этого. И они вновь двинулись ко мне, да и сзади я расслышал шуршание ног по брусчатке. Похоже, все же придется пойти на крайние меры.

Решительно опустив револьвер, я наставил ствол на задиру. Секунда прицеливания и я нажал на спусковой крючок. Грянул новый выстрел.

— БАХ!

— Уй-й-й!!! Сволочь, тварь, иуда!!!

Задира рухнул на землю как подкошенный, схватившись за ногу, а по его штанине расплывалось кровавое пятно. Его друзья тут же снова сделали шаг назад, а дубинки, которые до этого держали, попадали на землю.

— Стоять, я сказал, — и дуло револьвера смотрело уже на них.

Мой приказ заставил их замереть, и я продолжил:

— Вы куда это собрались? Я вас не отпускал и урок еще не закончен, — с ухмылкой произнес я.

Вдали раздался свисток городового. Именно на него я и рассчитывал, не самому же мне их конвоировать! Не могли они пропустить стрельбу в центре города. Главное, чтобы студенты не разбежались, а там уже в участке разберемся, кто это на меня напал.

Вот как накаркал! Парочка, что подходила ко мне со спины, дала деру. Я только и успел, что оглянуться и увидеть спины убегающих. И пока я отвлекся, двойка друзей раненого попыталась сбежать, но новый выстрел им под ноги остановил этот порыв.

Минут через пять к нам прискакали двое верховых патрульных, с уже взятыми наизготовку револьверами. Причем у одного был такой же, как у меня наган, а вот у второго пушка посерьезнее — револьвер производства оружейников Смита и Венсона. И первым на их мушку попал я, как единственный, кто кроме них имел оружие.

— Положить оружие на землю, не шуткуй тут со мной, — нахмурился дюжий городовой с тем самым Смитом и Венсоном в руках.

Я медленно положил свой револьвер, хотя мне этого ой как делать не хотелось, все же адреналин еще гулял по крови, но я смог справится с собой и развернулся к полицейским.

— На меня было совершено нападение, я защищался, — тут же произнес я.

Было какое-то наитие, что если первыми свою версию озвучат студенты, то даже то, что они наврут и обвинят меня во всех грехах, будет принято служивыми на веру. Нет, тут ничего нельзя оставлять на самотек!

— Он угрожал нам! — закричал валяющийся на земле задира. — Требовал денег!

— Разберемся, — перебил его городовой и повернулся к своему напарнику. — Аким, врача бы надобно позвать. А то истечет еще кровью. Я пока остальных покараулю.

— Один? — засомневался Аким с погонами ефрейтора.

— Скоро сюды Трофим Сергеевич подтянется. Не мог он выстрелы пропустить.

Успокоившись, двадцатипятилетний ефрейтор кивнул и, развернув коня, пришпорил его, ускакав за медиками.

— Ну и чего не поделили? — все же решил нас расспросить городовой, пока подмога подойдет.

— Я их наставник по дисциплине в институте, — тут же взял я слово. На мое счастье двое друзей задиры молчали и не перебивали, а он сам уже отключился от боли и потери крови. Видно все силы отдал на свой последний возглас. — Устроился недавно. В субботу трех дебоширов выкинул за территорию института. Многим это не понравилось, в том числе им, — кивок на понурых студентов. — Вот они меня и подкараулили, чтобы «проучить».