— Да как вы... — декан захлебнулся воздухом от возмущения и не смог выдавить ни слова.

На помощь ему пришел ректор.

— Григорий Мстиславович, давайте не будем делать скоропалительных выводов. Полагаю, Роман Наумович так близко принял событие к сердцу, потому что один из студентов подает определенные надежды на его факультете и в какой-то степени является протеже нашего коллеги.

Я хотел сказать что, когда такие же скоропалительные выводы сделал сам Истринов, ректор что-то молчал, но не стал. Не зачем сейчас начинать бодаться еще и с ним. Все же до этого он меня поддерживал, а совсем без союзников среди руководства института мне не обойтись. Вместо этого я сказал иное:

— Тогда предлагаю дождаться официальной бумаги из полиции. Они разберутся, кто виноват, а кто жертва.

— Эти разберутся, как же, — вернувший дар речи, пробурчал Истринов.

Но его запал уже иссяк, так что я лишь смерил его взглядом и отвернулся.

— Тогда так и поступим, — произнес ректор.

— Но до этого момента я требую поставить задержанных студентов «на карандаш» и сделать им выговор, — жестко заявил я, подавшись грудью вперед.

— Но-о... — растерялся ректор.

— Пока что устный, — снова облокотившись на спинку стула, «смягчился» я. — Оставлять подобное безнаказанным не следует! Полиция конечно разберется, но их бумага лишь подтвердит сказанное мной. И позволит отчислить нападавших. При необходимости.

Я то давил на деканов, описывая самые жесткие последствия для учащихся, а значит и для репутации института, то «делал шаг назад», позволяя им облегченно выдохнуть. Это давало мне вести разговор и фактически ставить свои условия. А то вон до чего дошли! Меня же обвинять удумали!

— Да, устный выговор сделать стоит, — поспешно согласился Игорь Александрович. — Коллеги. Раз мы выяснили вопрос, то предлагаю больше не задерживаться и идти к студентам.

Деканы стали подниматься со своих мест, и двинулись к выходу. Лишь «лохматый» декан философов Пирожков, проходя мимо меня, пожал руку и тихо сказал:

— Так и надо с этими недорослями!

Чтож. Пожалуй, пока что инцидент исчерпан. Посмотрим, что будет на занятиях.

* * *

— Илья Иванович, — предупредительно постучав в дверь, заглянул к купцу его помощник.

— А-а-а, Потап. Заходи, — махнул своей лапищей Посеребренный из-за стола.

— Я выяснил, что произошло вчера вечером с вашим сыном, и кто в него стрелял.

Помощник встал перед столом купца, ожидая его разрешения говорить.

— Рассказывай.

— Пятеро студентов, один из которых ваш сын, напали после занятий на нового наставника по дисциплине, — уже на этих словах купец нахмурился, но перебивать помощника не стал. — У того оказался с собой револьвер, которым он сначала выстрелил в воздух, а когда не помогло, выстрелил в вашего сына.

— Почему в него?

— По словам других студентов, именно ваш сын был тем, кто и подбил их «поучить уму нового преподавателя». И во время нападения именно он скомандовал нападать на наставника.

— Замена растет, — гордо раздулся купец. И тут же сдулся. — Жаль, что не думает, как дело провернуть, прежде чем его начинать. Ну а кто этот наставник?

— Григорий Бологовский. Из тверских дворян, — еще больше печали вселил в своего работодателя помощник.